Время брить бороды жж

Предлагаем ознакомиться с темой: "время брить бороды жж", включая последние тенденции.

Приятно и одновременно страшно признаваться  в том, что ты когда-то что-то сделал первым. С одной стороны, хорошо быть первооткрывателем,  а с другой  – понимать, что ты положил начало чему-нибудь плохому, абсолютно не греет душу.В 2012 году я открыл первый в городе бар для хипстеров. Ну, может, не совсем первый по сути, но я абсолютно точно ввел в широкий обиход использования этого термина.

Что такое хипстеры, я тогда не доподлинно не знал.

Не знали этого и 95% гостей бара. “Извините, пожалуйста, а кто такие хипстеры”? – персонал отвечал на этот вопрос раз в 15 минут. Я даже разработал специальную памятку для того, чтобы ответ был “единообразным” -как говаривал мой преподаватель по начальной военной подготовке в школе, подполковник Бек-Назаров. “Пусть безобразно, но зато-единообразно!” Мне лично казалось, что это нечто среднее между хиппи, панками и байкерами. Всемирная сеть тоже давала достаточно противоречивые объяснения этому термину. Уже потом, много позже Первый канал дал хипстерам более конъюнктурное название – «Городские пижоны».Впервые я услышал о них от своей племянницы. Мы обсуждали общую знакомую, работавшую у меня официанткой в одном из ресторанов, которую я собирался увольнять за многочисленные прогулы, ежедневные опоздания, и перманентную неряшливость во внешнем виде. Хотя, она мне казалась довольно умной девушкой с хорошим воспитанием. Она носила очки, и ходила на работу, зажав подмышкой “Преступление и Наказание” Достоевского.Племянница развеяла мои сомнения: “Да нет – сказала она, на самом деле ей плевать на Достоевского. Просто она-хипстер. А для них важно не быть. Важно казаться”.Тогда я не предал этим словам значения, посчитав их современной идиомой. И жестоко потом поплатился. Хипстеры, как субкультура очень быстро вышла далеко за пределы молодежного течения. Они стремительно захватывали многие области бизнеса,   вводя в моду новые, абсолютно непонятные нормальному человеку принципы ведения дел. Деловые издания наперебой с восторгом рассказывали почти невыдуманные истории о чудесных стартапах хипстеров, имеющих много общих черт, главной из которых был минимальный стартовый капитал.  Довольствуясь минимальной маржой (а иногда и вообще работая «for fan»), хипстеры осваивали бизнес программного обеспечения, интернет-магазины, дизайнерские студии. И, наконец, дошли до общественного питания. Одновременно с этим, в обществе появилась повальная мода на hipster-look. Главным атрибутом моды стали бороды. Омерзительно очаговая растительность на прыщавых лицах в мгновение ока затмила брутальную двухдневную небритость  вчерашних идолов моды. А неряшливая и часто несвежая одежда лишь завершили образ новых героев. И никого не интересовало, что не бреют хипстеры свои лица банально из-за лени, высокой стоимости на лезвия и преследуя цель спрятать под бородой безвольные юношеские подбородки.Когда я был маленьким, я часто проводил лето в доме своей бабушки, Кетеван Георгиевны. В доме была достаточно большая библиотека, собраная, в основном из книг издания 40х-60х годов. Эти книги я, по причине скуки или природной любознательности, прочел практически все. Помню одну книгу – “Этика повседневной жизни”, издания 69 года, кажется. Там обсуждалась (и осуждалась, естественно) новая мода советской молодежи-длинные волосы. Мода пришедшая с Запада автору категорически не нравилась, что было объяснимо. Цитирую на память: “Все это, конечно, наносное, и скоро пройдет,» – утешал встревоженного читателя автор, – «Например, борода. Это конечно, архаичный, изживший себя признак человека старшего поколения. Но кто знает? Вдруг, через несколько лет, борода станет модной у стиляг, и они будут смеяться, показывая пальцем на гладко выбритого человека, спешащего на работу -“смотрите! У него гладко выбритое, как у старика лицо!»Не помню фамилию автора, помню, что я тогда не оценил юмор и посчитал пример с бородой дурацким и нежизненным. Теперь стало ясно, что автор, не оцененный современниками  гениально предвидел будущее.А этот, вызывающий лично у меня бешенство, способ передвижения хипстеров по городу? Все эти доски, ролики и велосипеды. Они гордо проносятся на своих дьявольских повозках по тротуарам, почти сбивая обычных пешеходов, попадающихся им на пути. Абсолютно, при этом не стесняясь, и не пытаясь хоть как-то проявить учтивость. Недавно я понял причину этого поведения. Мы им просто мешаем! Им вообще непонятно, что мы делаем на тротуарах! Мы стали чужими на улицах! И главное, мы почти сами в это поверили! Расступаясь перед бородатыми гонщиками на досках, самокатах и других прогрессивных средствах передвижения.. А эти юные горгоны с распущенными волосами и острым вдовьим взглядом, проезжающих по пешеходной зебре на своих велосипедах! Они даже не пытаются слезть с них и следовать правилам! Они выше этого. Мы-отсталая биомасса, загрязняющая планету, не знающая о прелестях сыроедения и йоги. Зачем мы нужны? Не лучше ли раздавить нас самокатом сразу, чтобы не мучили окружающую среду и не мучались сами.

Они сами придумали себе правила. И главным правилом прилюдно объявили то, которое мы в свое время считали для себя культовым в эпоху противостояния с миром офисного болота. Я говорю о втором правиле «Бойцовского клуба» и первом правиле Чака Норриса, гласящем, что «нет никаких правил». Знали ли мы, что именно хипстеры сделают это своим лозунгом? Все-таки жизнь преподносит порой вот такие уроки, словно в насмешку преломленные призмой реальности. Они стремительно теснят нас с улиц, выдавливают из бизнеса и выдавливают из городов. А мы… Всё это время боялись гопников «с района», содрогались при виде белых тонированных «приор» с дагестанскими номерами и переходили на другую сторону улицы при виде групп чеченских борцов в красных мокасинах, говоря про засилье кавказцев. И пропустили тех, кого реально надо было опасаться. Представьте, если бы все бородатые хипстеры в одночасье оказались бы чеченцами, а доски и велосипеды превратились бы в «Приоры»! Страшно? То-то…Как всё это произошло, теперь уже не очень важно. Хотя, для будущего, наверное, полезно обозначить те факторы, благодаря которым вся эта субкультура впервые в истории совершила настоящую революцию в социальном миропорядке. Ведь не удалось же в свое время хиппи заставить мир смотреть на себя как на будущее. Никто и в страшных снах не мог бы себе представить, что нечесаные и плохо одетые личности, пропагандирующие, в общем-то правильные общечеловеческие ценности, станут лидерами бизнеса. А у хипстеров получилось.Принцип ведения бизнеса хипстерами прост и универсален. Попробую описать его на близком себе примере – баре от хипстеров.1.   За основу берется живая, новая и нравящаяся самим хипстерам идея – бургерная, бейгельная, коктейльная и тому подобные. Хорошо шли фермерские продукты, сэндвичи, краудфандинги  и коворкинги.

2.   Подыскивается  помещение в отдаленном центре. 3.   Делается «говноремонт» (этот термин обязателен, особенно первая его часть). Естественно без приглашения профессиональных дизайнеров, ведь «каждый гасконец, простите, хипстер – с детства академик». 4.   Обязательно проводится рекламная кампания посредством статей в изданиях, ставших в  одночасье хипстерскими. 5.   Желательно приглашение хипстерских «звезд-академиков» (см п.3). Хорошо подойдет какой-нибудь шеф-повар (опыт работы не важен, так как готовить ему ничего не придется) или миксолог. Нет, ни в коем случае не бармен. Барменом может стать любой. А миксологом – только бородатый хипстер.6.   Набирается персонал из числа друзей и знакомых, которому разрешают всё- не приходить на работу вовремя, не знать меню и элементарные правила сервиса. Опыт работы, естественно, не важен. Главное- борода, забитые руки  и умение кататься на доске, или, в крайнем случае, самокате. 7.   Проведение вечеринки с приглашением всех возможных хипстеров трендсеттеров и девушек из изданий (см. п4).В принципе все. Неудобная мебель, идиотская посуда, трешевые туалеты, графитовые доски и написанное, словно под копирку, меню – реальность. Wow-крики, восторг от концепта и писк юных поклонниц шеф-повара, главной задачей которого становится совмещение пяти абсолютно несочетаемых и плохо произносимых ингредиентов в одном блюде – то, что запоминается. Какое-нибудь блюдо, например  «Куриное парфе из сои с пеной из ромашкового меда и мороженным из дегидрованного боярышика на пластине мороженного тапенада из смолы и гелем из крафтового эля» заполняют все социальные сети и – успех обеспечен. Плюс – дешевое вино и коктейли, разработанные миксологом и названиями лишь немного уступающими вышеупомянутому блюду. Ну и крафт. Куда же без него. Дурацкое но обязательно претенциозное название пиву бездарно даже не сваренному, а намешенному напитку придаст нужную в хипстер-среде популярность. Три месяца зарплата друзьям-работникам не платится. Аренда, естественно, тоже. Без оплаты остаются многочисленные поставщики продуктов и алкоголя. Цены в меню, благодаря этим финансовым шагам – демпинговые. Получаемые деньги идут на покупку новых велосипедов английской марки “Brompton ”. Через полгода заведение закрывается. Но в очереди уже стоят новые обладатели роскошных бород, татуировок на ногах и самокатов.

Открылся недавно такой вот проект (еще одно слово, которое чудесным образом перетекло из обихода зрителей «Дома-2» в хипстерский словарь. Никто не знает, в том числе и авторы, что они открывают – бар, ресторан, клуб. Поэтому всё – Проект). Владелец-говнюк, который решил открыть очередной говнобар в полуподвальном помещении в историческом центре, где все бы сидели на ящиках и ели бы говноеду. Очень хороший проект. Необычный, главное. Так вот, он арендовал помещение, повесил в окнах баннеры: “Здесь будет вкусно”. И крупные фотографии персонала с трогательными подписями: “Станислав, миксолог. В свободное время крутит винил и катается на кайте.» Или, «Динара, менеджер. Вышивает крестиком, учит французский и любит печеный картофель». Или: «Денис, повар. Катается на доске и любит фильмы Антониони”.И все. Занял деньги у знакомых на говноремонт. Набрал стафф. Проработал два месяца. И НИКОМУ, бл.., не заплатил. Владельцу помещения. Знакомым, у которых брал деньги не ремонт. Друзьям, помогавшим с говноремонтом. Персоналу, естественно, тоже. Станиславу, Динаре, не говоря уже о Денисе…Баннер со счастливыми лицами работников, которым не выплатили зарплату висел еще некоторое время. Потом его раскрасили баллончиками другие хипстеры.  Граффитисты.Нет, это совсем не то, о чем Вы подумали. Да, конечно, я завидую успешным коллегам (хотя сложно назвать их коллегами) из числа хипстеров. Но это крик отчаянья! Я просто понять хочу, как всё это вдруг становится трендом? Почему никто не может посмотреть внимательно на суть этих самых «бизнес-пижонов»? Им сдают помещения под честное слово. Потом Ты приходишь к арендодателю и он, наученный горьким опытом, выжимает из тебя все соки, берет предоплату, страховой взнос и депозит, ссылаясь на то, что «все вы одинаковы». То же касается и гостей. Людей абсолютно не волнует, где, как делаются блюда в таких «ресторанах». Что все делается даже не на коленях, а на полу. Что персонал в ресторанах пьет наравне с гостями. Что никого не заботит, из каких составляющих делаются коктейли. Что это даже не контрафакт из Дьюти-Фри, а абсолютно паленый, подпольный алкоголь! Обратите внимание, при описании примерного алгоритма открытия хипстерского кафе я сознательно не остановился на этапах получения каких-либо разрешений, лицензий и согласований. Всё потому что ими никто не занимается! Их просто у хипстеров нет. Нет лицензий на продажу алкоголя, нет кассовых аппаратов. Технологического проекта нет. Ничего нахрен нет! И после этого пресса еще пишет о злобствованиях контролирующих органов в Питере! Годами в городе существуют заведения, по сравнению с  которыми даже ларьки с шавермой на сенной – образец согласованного общепита! А уж если их закрывают – в прессу тут же просачиваются интервью владельцев, в которых они жалуются на произвол властей! Совсем недавно, проходя мимо дверей одного такого модного винного заведения увидел закрытые двери. Ни объявления, ни хоть какого-то объяснения. А потом, через три дня опять открылись. А вчера- опять закрылись. И опять без объявлений. А потому что- плевать. Плевать на всех и на всё. Помните: «главное – не быть, главное-казаться».«Очередной старпёрский трёп»,- скажут, усмехнувшись хипстеры. А вот ни хрена! Вы же, словно саранча, уродующая всё на своем пути! Взять хорошую идею, испоганить её, опошлить и выбросить, как немодную. Вчера – сайты. Сегодня-бары и рестораны. Завтра – автомастерские. Десять лет (слышите, ДЕСЯТЬ ЛЕТ!) я собирался открыть в городе бейгельную. Такую, настоящую, со множеством топпингов, совсем как в Нью-Йорке. Искал правильные рецепты, ждал, пока созреет аудитория. И что? Кучка хипстеров открыла шалман с фанерно-картонным   ремонтом, назвала его бейгельной и три месяца дружно закапывали саму идею! По залу шлялся сомнабулический бородатый официант, бейглы с первого и до последнего (я подчеркиваю-с первого до последнего!) дня были полным говном. Но чаще их просто не было. Не было без объяснения причин. Ну правильно -зачем в бейгельной бейглы! Главное, что все мы хорошие люди и правильно закатываем брючки. А потом тихонечко ее закрыли. Без статей в ТаймАуте и Афише, или на РестклабеНеделю назад на Рубинштейна появилась по-хипстерски убогая вывеска «табак-пиво-бейглы». Через два дня последнее слово заклеили бумажным скотчем – видимо, на коленке не получились бейглы. Как жаль…Такой хороший стартап!Беседовал недавно с представительницей этих самых велосипедных хипстерских муз:-А какие рестораны вам нравятся? Ну что в них должно быть?-Нууу, я не знаю… Вот в одном месте во дворе можно мелками на стенах рисовать. Прикольно. Или вот, большое пространство во дворе – там вообще можно на весь день зависнуть! Всякие столы для настольного тенниса, гамаки…-А как же еда, кухня?-Ааа, ну да, кухня конечно, важна…Тоже, б.., важна! Тоже!!! В ресторане!!! И ведь она, явно, не очень в этом уверена…И ведь не только в ресторанах гадят! Повсюду оставляют свою зеленую слизь, как жуки из «Люди в черном». Сломался на днях мотоцикл. Перестал заводиться. Долго искал мастерскую. И нашел! Естественно, в интернете. Куча селфи мототехники, которая у них ремонтируется. Он-лайн анкета «Нам важно знать ваше мнение». Приехал. Не мастерская – мечта! Чисто, прилично, ходят приличные молодые… техники, наверное. Все6 как один бородатые. Директор-владелец, благообразный повзрослевших хипстер  (надо ли говорить, что с бородой) радостно меня встретил, записал телефон и… забыл. Ну то есть совершенно забыл про меня! И, как выяснилось, про мотоцикл тоже. Два дня – тишина. Позвонил сам: не забыли ли? Нет, говорят, не забыли. В понедельник начнем разбираться. Подождите, говорю, так сегодня четверг! Ну вот, доделаем один мотоцикл и с новой недели примемся за ваши и по результатам отзвонимся. В понедельник вечером никто уже не отвечал. Во вторник дозвонился – как там? Да, все нормально. Мы попробовали – он заводится без проблем. Естественно, забрал его сразу (он, кстати, так и не заводился – но это другая история). А в мастерской – чисто, ходят бородатые… техники. Работают…5 сентября далекого 1698 Петр Первый начал официальную борьбу с бородами на Руси. Были введены налог на бороды, специальные жетоны, дающие право носить бороды. Остальным же указано было брить бороды и усы. Потому что в допетровской Руси купцы и бояре тоже хотели не быть, а казаться. Такие, мол, мы мужики, совсем как вы, крестьяне… Тогда Петр резко сблизил отсталую на тот момент Россию и прогрессивную Европу. Нынешняя Европа по количеству бородатых, я думаю, даже превосходит Россию (там теперь даже женщины с бородами). И сближаться с ними как раз играть на руку этим самым хипстерам. Псевдо-мужикам, которые думают, что носить бороду, быстро кататься на роликах и работать веб-дизайнерами, миксологами и фрилансерами – это и есть мужская сущностьА вот не сбрить ли вам, на хрен бороду, и не пойти ли на завод работать? И не хрена мне указывать – почему мол ты не на заводе. Я двадцать пять лет в ресторанах. И еще через двадцать пять лет там же буду, если Бог даст. А вот почему бы вам не заняться прямым своим делом? Тем более, скоро придется Родину защищать с оружием в руках. Без досок и роликов. Не в узеньких джинсах и клетчатых рубашках. Готовы ли Вы?

время брить бороды жж

(по просьбе тех, кто остался в живых, имена не изменены. Из уважения к живым все события описаны с точностью)

ПРЕДИСЛОВИЕ.

Меня трудно упрекнуть в неприязни к хипстерам. Последние свои заведения я открывал для и вместе с представителями этой загадочной прослойки общества. А до этого вообще был одним из первых, кто открыл для широкой общественности само понятие «хипстер» (это я об открытом «Ложном хипстер-буфете «Свитер с Оленями»). Правда, хипстеры тогда были другими. Или мне так кажется…Нынешнее же поколение блогеров, вейперов и прочих читтеров активно заполнили все сферы жизни нашего больного общества. Они забыли про обязательные атрибуты хипстерства – молескины, узкие брючки и рейбаны. Активно осваивая просторы потреблядства, они обзаводятся студиями, машинами и фальшивыми дипломами псевдошкол. Они рвутся во все сферы общества, они выбирают себе занятия по душе, которые активно продают. Они даже лезут во власть. Ужас, через пару десятков лет у нас, возможно, президентом будет постаревший бородатый хипстер-блогер, прячущий под рукавами рубашки забитые «в чернь»  руки… Но, если это и случится, но не скоро. А пока они нас бреют, предлагают участие в необычных проектах на kickstarter, пишут многочисленные блоги, готовят… Они готовят нам еду….Глава 1.  Один из говноделов.

Когда мы решили, что на затерянном в Тихом океане острове Ко Ронг Самлоем должны быть бургеры, стало понятно, что без хипстерского повара-говнодела не обойтись. И дело не в том, что кхмеры не способны из фарша вылепить котлету. Ведь покупать её будут те же потребляди из семейства хипстеров. А для них «лук» ( не в смысле овоща) куда важнее вкуса. А значит, шеф-поваром должен быть классический говнарь от кулинарии – шеф-повар из модных ныне бургерных и фалафельных. Требования самые простые – капризный безвольный подбородок, спрятанный, естественно, под окладистой бородой; женственные пухлые ручки, старательно забитые под самые подмышки черными пугающими татуировками. Кеды, туннели, … Ну, и чтобы готовить мог. Хотя бы немного. Хотя бы эти пресловутые бургеры.

Людей, соответствующих этим требованиям, оказалось предостаточно. Что не явилось для нас открытием, ведь таких сейчас –легион. С бородами, татуировками и желтыми уточками в руках.  Правда все они, присылая резюме, словно под копирку писали, что в работе, в общем-то не нуждаются. Видимо, мода такая…Понятно, что не каждый согласится оставить комфортный мир и перебраться на год в Камбоджу. Но нашелся и такой. Добродушный увалень, косолапый и немного неуклюжий, Сергей Власов на фоне остальных претендентов произвел довольно благоприятное впечатление. Со страницы резюме на нас смотрел мужественный молодой человек с осмысленным светлым взглядом. Прочитав у него на странице вконтакте статус «Гладильные доски – это сноуборды, предавшие свою мечту и нашедшие “нормальную» работу» , мы приободрились. Согласитесь, удивительно здравая мысль для бородатого хипстера. Первая встреча оставила двойственное впечатление. С одной стороны, уверенность, относительная пунктуальность, связанная речь. С другой стороны, немного напугала излишняя уверенность Сергея в собственных знаниях, но мы списали это на юношеский максимализм. Любую фразу относительно его дальнейшей работы довести до конца не получалось – Сергей уверенно перебивал и договаривал её в нужном для себя понимании. Опыт работы не только в России, но и в Европе давал надежду на то, что человек видит в еде не только пейзаж для фотографий. Хотя разговоры Сергея о собственном аккаунте в инстаграмме должен был заронить сомнения. Но, нет, не заронил.В процессе переговоров выяснилось, что Сергей рассматривает параллельно с нашим еще одно предложение из Германии и ждет ответа из консульства по поводу визы. И что первое предложение является для Сергея приоритетным – всё-таки Европа, Германия… Нам эта честность понравилась и мы стали ждать консульского ответа вместе с Сергеем.И вот, две недели назад раздался звонок. Грустный Сергей рассказал, что визу ему не одобрили из-за неоплаченного штрафа: три года назад его поймали в швейцарском поезде без билета и оштрафовали на 40 евро. Штраф он, естественно, не оплатил. «Да бабки не проблема», объяснил он.  Он же хипстер, в конце-концов. А значит, всё, не имеющее отношения к его внутреннему миру, должно катиться в пропасть. Вот этот штраф и «прикатился»…Не скрою, мысленно мы поблагодарили безымянного контролера швейцарской железной дороги, который одним росчерком пера на квитанции развернул талант шеф-повара в сторону Камбоджи. Не прошло и двух часов, как перед нами лежал подписанный Сергеем контракт. Целый год он должен будет покорять азиатские просторы своим творчеством. Объяснения и наставления по поводу предстоящей дороги Сергей слушал со свойственным хипстерам отрешенностью и самоуверенностью. «Да я же в Паттайе  был два раза, так что всё понятно». То, что Паттайя похожа на остальную Азию, как песок в песочнице на лунные пустыни, его не очень заботило. Он источал уверенность в своих силах и знаниях. Глава 2. Первое знакомствоБилеты Сергею были подобраны с математической точностью и пугающим комфортом. Самолет Санкт-Петербург- Пномпень, потом автобус самой крупной в Камбодже компании, до которой от аэропорта каждые десять минут ходит бесплатный трансфер. Далее четыре часа дороги и всё- я его должен был встретить у дверей этого самого автобуса.Хипстерская сущность Сергея проявилась через 10 минут после выхода из аэропорта. Мой телефон начал нервно вибрировать от бесконечных звонков Whatsup.-Сергей, добрый день, всё в порядке?-мой голос звучал спокойно и участливо-Да, блин, я вышел, тут, блин, сел куда-то в тук-тук и меня, походу, везут куда-то не туда– голос Сергея, напротив, спокойствия не излучал.Вот тебе Паттайа злорадно усмехнулся я про себя, но сохранил внешнее радушие:-Сергей, а зачем вы сели в тук-тук? -Да, блин, я вышел, этот подошел, спросил, я сказал, он ответил, что знает…- я же говорил, там бесплатные автобусы прямо у выхода.-да бабки не проблема, я это, не знаю, куда еду.-вам же прописали маршрут до метра!- я вот еду. Не знаю, куда только.А что, это даже хорошо, подумал я. Классический дезадаптант,  который при встрече с неизвестностью сразу же потерял свой боевой дух. Зато урок получил на будущее.- так выходите. Скажите, чтобы вез вас обратно.-Да я уже билет купил на другой автобус. Через час выезжаю.-А зачем вам другой автобус? У вас же есть билет?-Да, блин, этот пристал, я и купил. Да херня, 10 долларов не деньги.Ну, точно говнарь, понял я. Матерится через слово, робость прикрывает псевдорасточительностью, суетится при малейшей неопределенности. Наверное, бургеры будет делать хорошие, успокоил я себя и стал ждать его. Через шесть часов, встретив его у дверей раздолбанной маршрутки, я даже не сомневался, что из в общем-то конфузной ситуации говнарь попытается выйти победителем:-Хорошо, что на этой ехал, – подтвердил он мои опасения, – ехали не быстро, дорогу посмотрел, с ребятами пообщался.И он показал рукой на двух таких же хипстеров, пойманных нелегальным перевозчиком в аэропорту вместе с Сергеем.Образ Сергея сложился.Глава 3. Остров.На следующее утро нам предстояло быстро позавтракать и отправляться на пристань. На завтрак я предложил ему попробовать традиционный кхмерский суп с лапшой. Брезгливо поковыряв ложкой, и сделав пару снимков вкусного, но нефотогеничного, прямо скажем блюда, Сергей принялся усиленно делиться первыми впечатлениями в сети.До отправления лодки оставалось еще 15 минут, когда Сергей вдруг радостно завопил:-Полчаса прошло, а уже больше пяти тысяч просмотров!-Просмотров чего?-Моего супа с лапшой!, – гордо заявил повар, словно готовил этот суп сам.Тучи над образом повара стали сгущаться.Погода и вправду оставляла желать лучшего. Катер летел по заливу, прыгая по волнам, словно на американских горках. Пассажиры сидели молча, погруженные в свои мысли, страхи, переживания. Стоял только он. Крепко держась за поручни пухлыми ручонками с нарисованными на них зловещими черепами он что-то активно орал испуганному таким поведением кхмерскому капитану. Сергей радовался, словно мальчишка, наконец-то попавший за хорошие оценки в парк аттракционов. Перекрикивая ветер и шум двигателя, он что-то кричал про лодку для миллионеров. Новая работа ему определенно нравилась…Ступив на остров, Сергей принялся неистово фотографировать. Фотографировал он всё – песок, лодки, кхмерских детей, берег моря, усеянный песочными катышками, которые крабы раскладывают вокруг своих норок. Его интересовало всё. Он вполуха слушал мои наставления и предстоящую программу действий. Волновало Сергея только одно – интернет.-Слушай, постой, – он беззастенчиво и как будто случайно норовил перейти на «ты», – а что, интернета вообще нет?-Сергей, я же только что вам говорил, что вайфай есть в ресторанах, а на берегу сотовой связи нет.-А, тогда ладно. Тогда надо скорее  в рест двигать, посмотреть, сколько просмотров у супа. И еще вопрос, он вдруг остановился, – а тут цветы съедобные есть?-Не знаю, -опешил я-Надо узнать, я хочу меню на съедобных цветах построить…Нет, я не утрирую, как вам может показаться. Это почти прямая речь. Ну, может только без мата. О котором нужно сказать отдельно.Матерился Сергей постоянно. Он использовал матерные слова в качестве предлогов, союзов и местоимений. А иногда и вместо подлежащих и сказуемых. Матерился при гостях, при персонале, при женщинах и детях. Когда, на следующий день я, не выдержав этого, отозвал его в сторонку и сказал, что у нас не ругаются матом, я впервые почувствовал внутреннюю агрессию. Он промолчал, но промолчал, как Шариков, которому Борменталь запретил играть на балалайке после обеда.  Уже потом я понял, что бездарное и неуместное использование мата тоже является признаком настоящего «говноря-говнодела».«Придираюсь», – подумал я. У человека стресс. Первый раз в настоящей Азии, шок от того, что в «Патайе совсем не так», желание ухватиться за свою сильную сторону. Всё в общем-то понятно.-Давайте так, – решил я его приободрить, – вы сейчас заселяйтесь, а часа через два встретимся на кухне и я познакомлю вас с кхмерским персоналом.-Да без проблем, – Сергей вернулся к реальности и вновь примерил на себя говнарскую маску, – мне бы на продукты посмотреть, на оборудование и на тарелки.-Ну на тарелки тут особо смотреть нечего. Это все-таки остров. Тут всё самое примитивное, хотя не лишенное стиля, – мы искренне гордились, что в отличии от большинства соседей отелей у нас белая классическая посуда. В Камбодже это редкость.Но я недооценил Власова…-Да я как раз хочу узнать, где тут можно авторские тарелки заказать. Из глины, чтобы такие, знаешь, были неровные, как будто гаражные.Авторские… гаражные… Неровные… Этот человек болен, подумал я. И диагноз известен. «Синдром хипстерского рассеянного нерва». Искать в разрушенной Кампучии неровные тарелки- это все равно, что в Питере подавать блюда на сувенирных тарелках «Санкт-Петербург». «Тут всё неровное, блядь! Они даже флаг свой не могут ровно сшить!» – хотелось закричать ему. Но сдержался, подумав, что это тоже последствия акклиматизации.Следующий удар ждал меня через час.Подойдя к зданию кухни (небольшому деревянному зданию с крышей из бамбуковых листьев, стоящему на берегу океана) я увидел испуганного кхмерского старшего повара и нашего героя, словно перед боем усиленно разминающего пальцы. –      Короче тут проблемы с оборудованием, – Сергей начал с места в карьер, – я тут пострелял по столам – холода мало, парика нет, ваккуматора тоже.Блядь, началось… Повар Власов шел по проторенной дороге. Именно так они, эти говноделы, разоряют владельцев ресторана. Забрасывают их требованиями о новом оборудовании и сбегают потом, получив откаты от поставщиков и кучи лайков от сообщества говноделов-поваров.-Сергей, вы помните наш первый разговор в Санкт-Петербурге? – надо сразу погасить этот хипстерский наскок.- Ну, помню. А на счет чего? -По поводу оборудования. -Так мне сказали, что можно дополнительно прикупить.-Давайте я еще раз напомню. Это остров. Понимаете, Сергей, ОСТРОВ. Причем, это не Мальдивы. И не Сейшелы. И даже не Канары. Это Кампучия.  Тут электричество на острове появилось три месяца назад. И готовим мы на углях. Тут на всем острове один крутой газовый гриль. И он у нас. То есть, теперь у вас. -Да, помню. Но с сювидом можно будет…-Сергей, стоп. На полгода вы должны забыть про эти слова. Мы предупреждали вас, что тут не нужна авторская кухня. Тут эко-отель. Натуральность. Тут холод не нужен. Тут семь блюд. И все- барбекю. И так на всём острове. -Да я понял, видно же всё.-Мы вас пригласили, чтобы совершить революцию – первыми на острове сделать бургеры.-Да бургеры это говно-вопрос,- Сергей приходил в себя, осознавая свое нынешнее положение.-А раз, как вы говорите, говно-вопрос, значит, и успех у нас с вами не за горами. Причем, без париков и мальтодекстрина.-Просто я подумал, что можно делать суфле из рыбы, густить его в сю-виде, и выкладывать на рисовую булку. И цветами съедобными украшать.Я вздохнул.-Конечно можно. Но не сразу. Давайте вы сейчас познакомитесь с поварами и приготовите мне рыбу.-Да вообще легко. А какую?-Вот видите,- облегченно сказал я,- вопросы пошли по существу. Узнайте у Куна, вашего нового помощника, какая у него рыба и приготовьте её просто на мангале.-Как два пальца,- Сергей отвернулся и закосолапил к мангалу. Подойдя к барбекю (половине бочки из-под нефтепродуктов, поставленной на ноги) он резко стащил с себя футболку и обнажил крупный, но в то же время довольно рыхлый торс. Стоявшие на кухне кмерские повара опешили. Девушки судорожно отвернулись, а парни потупили взор. Су-шеф Чанни бросил на меня извиняющийся взгляд и отправился за рыбой. Пришлось продолжить объяснения:-Сергей, Камбоджа достаточно патриархальная страна. Для них вид голого тела- это очень неловкая ситуация. Они не купаются в плавках, мужчины не носят шорт. Тем более, вид баранга (белого человека), и уж тем более на работе. Посмотрите, они все в кителях. Это важно.-Да, тут просто жара, блин. Еще от углей жар неслабый. Мне так лучше- Нет, -я был непреклонен,- надо одеть китель. Вы для них – Такае – начальник. Они должны вас уважать. Почти поклоняться. А видеть вас обнаженным – это неловко. Ну, словно вы бы громко пукнули в России.- Да, я пердеть люблю,- вдруг из Власова вылез говнарь,- иногда от своей же жратвы такого шептуна пущу- мама не горюй.Нет, ну какой всё-таки мудак, скажете Вы. И я с вами соглашусь. Он весь в этой фразе. Вернее, они все в этой фразе.-      И все-таки, я вас попрошу быть для кхмеров примером. –      Да вообще не проблема. Я в Марселе когда работал…И тут я вспомнил! Марсель! Вот почему из десятка кандидатов мы выбрал его! Марсель… Город любви и буабеса, портовых шлюх и настоящей, а не придуманной Мишленом с его гидами, французской кухни. Там знают, как обходится с рыбой, там можно не задумываясь ходить в рыбные рестораны – вкусно везде. Так вот, Сергей, по его словам, проработал в Марсельском ресторане почти год. Согласитесь, это кое-что значит.Надо отдать должное – рыбу Сергей приготовил.  Ну, то есть, готовое филе барракуды он не пересушил, не пережарил, оставив рыбе её первозданный вкус. Первое задание он выполнил.-Ну, а как меню? – я стремился скорее занять его работой.-Да ну, какой смысл смотреть, если всё придется переделывать.Ну вот, еще один звонок, символизирующий о том, что нам достался говнарь-говнодел. Ведь это обычная тактика. Каждый из этой касты рукожопых бородачей знает одно, максимум два блюда. Всё остальное делается ими для фотографий и в принципе несъедобно.  Поэтому повторить чужие блюда они просто не в состоянии. Они не знают элементарных вещей. Не знают и не хотят знать. Всю свою никчемную жизнь они готовят одно блюда и кочуют с ним из одного ресторана в другой. Глава 4. Развязка.На следующий день у нас была подготовлена обширная программа. С утра, после завтрака, я собирался отправить Сергея на материк. Вспоминая его детский восторг от лодки, я попросил старшего менеджера взять его с собой,- посмотреть места закупки продуктов, побродить по рынку и вернуться к обеду. Далее, ему предстоял еще один выход в море – на нашей прогулочной лодке мы отрабатывали поминутный сценарий экскурсии для гостей отеля. По плану на лодке туристов ждал ланч, и присутствие щеф-повара было необходимо. И, наконец, вечером, я ждал от Сергея первого самостоятельного блюда.Однако, на завтраке я застал нашего говноря сидящим на гостевым столом. Было слышно, что он с кем-то разговаривал по телефону капризным и немного детским голосом : «да я не знаю, их тут много, летают всю ночь – искусали всего. Да, жарко. Нет, кондея нет. Нет, вода только холодная. Нет, проживающих много. Нет, скатертей нет.» Было понятно, что Сергей держал ответ перед женой. И та спрашивала с него по всей строгости. Как нормальный хипстер с бородой и татуированными руками, он оказался капризным соплежуем-подкаблучником. Что, впрочем, было совсем неудивительно.Дождавшись окончания разговора, я поинтересовался первыми впечатлениями о завтраке.-Да, блин, тут, короче всё надо менять. Они тут, – Сергей кивнул в сторону кхмеров,- вообще ничего не понимают. Скрембл делают через жопу.-Конечно, они же не работали в Марселе, – съязвил я.- вот вы их и научите.-Да нет, мне проще самому всё делать. Стало понятно, что помимо прочего, Сергей еще и боялся персонала. Персонала, который смотрел на него, словно на небожителя. Проблема усугублялась явным незнанием языка. Все разговоры о беглом английском разбились о суровую кхмерскую действительность.Ну, всё это можно списать на первые дни в новом коллективе. Страх, неуверенность и даже паника – всё это так похоже на детские комплексы ребенка, впервые попавшего в пионерлагерь. Время всё лечит, решили мы и отправили его на рынок.Дальнейшие события на 180 градусов развернули впечатления Сергея  о предстоящей работе.  Небольшое волнение на море резко поменяло его отношение к путешествиям на «лодке для миллионеров». Наш дальнейший поход на лодке ознаменовался купанием Сергея в лагунах, ловлей рыбы и лежанием на носу лодки в надежде на быстрый загар. Сергей торопился получить от этой поездки всё.После возвращения в отель, Сергей пропал на час и к ужину вышел в зал в шортах, кедах и застиранной майке с надписью «USSR» и гербом СССР.  Пора было приводить его в норму. Естественно, с телефоном наперевес, он ходил по ресторану и громко, особо никого не стесняясь, в ярких выражениях рассказывал супруге о своих дневных похождениях. И та ему, явно также не стесняясь в выражениях, отвечала.Потерпев час, я позвал его за стол. Сергей решил сразу же внедрять полученные из центра указания:-Слушай а тут мыло продается?-Какое мыло?- я был не готов к такому повороту разговора.-Да у нас с женой хобби. Мы мыло крафтовое варим, думаю, может её сюда позвать, туристам продавать. Тут я на рынке посмотрел- специй много натуральных, можно замутить тему.Мыло… Все приобретает свой законченный смысл. Какое еще может быть хобби у повара-хипстера. Конечно мыло. Ведь оно такое…фотогеничное.-Ну что, Сергей, когда к работе будете приступать?-Так я вроде, уже день, как работаю. Чё тут приступать, обезьянки готовят, я наблюдаю.Ну всё, удовлетворенно для себя отметил я, спасибо Сергей.-Ты работаешь? А какого хрена ты в своей маечке тут ходишь? Ты повар, или чмо? – меня было не остановить, – ты сюда с женой приехал общаться, или готовить? Меню видел, продукты посмотрел? С работниками познакомился? Или, бля, они все для тебя тоже обезьянки? А жену свою ты тоже так зовешь? Примат, блядь.Бедный говнарь побледнел. Ручки затряслись в капризном припадке. Он с требовательным сожалением смотрел на телефон, мысленно призывая жену к ответу. Телефон предательски молчал.-Да я это в шутку, – попытался оправдаться повар- Да твои шутки за два дня уже из ушей всего персонала льются. Ты, бля, когда-нибудь по человечески с кем-то общался? С родителями, там, с учителями? Еще раз позволишь себе заматериться, или назвать кого-то обезьяной, я попрошу мистера Нутя вывезти тебя в джунгли сделать с тобой то, что он делал в молодости с такими вот мудаками. Там тебя обезьяны и примут в свою семью- им как раз таких вот не хватает.Мистер Нуть – старейший работник отеля, дедушка 50 лет по слухам был в армии красных кхмеров и не растерял, я думаю навыков партизанской войны.-С этим всё понятно? Далее. Последнее предупреждение – униформа у тебя с утра до вечера одна – китель повара. Маечки оставь для гей-парада. Усек? Завтра с утра на завтраке в кителе.Сергей кивнул.  Он был похож на плюшевого медвежонка, которого ругали за его неуклюжесть – было понятно, что он не понимал сути претензий. Ведь претензии касались его обыденной жизни.-Раз понятно – вперед. Переодеваться, знакомиться со стаффом и изучать меню.Через час на кухне среди кхмерских работников можно было видеть Сергея, наблюдающего за работой поваров. В руках он держал спасительный телефон, по которому получал новые вводные от супруги. -Это, я хочу поговорить, – оторвавшись от телефона, он направился ко мне.-Ну давайте, – его решительность явно контролировалась онлайн по телефону- Короче, со мной так не надо. Я всё понял, меню завтра сделаю, готов буду представить к вечеру.-Вот видите, как все хорошо получилось, значит, мы друг друга поняли, – удовлетворенно резюмировал я. -У меня только просьба – я тут за визу заплатил 35 долларов. Можно их вернуть?-Конечно, – я протянул ему деньги. И хотя для человека, приехавшего работать за зарплату в 6 тысяч долларов, подобная спешка была подозрительна, я не придал ей значения. Явно, это было указание жены. Утро ознаменовалось еще одним звонком. Уже более серьезным, чем все предыдущие. Ко мне подошел один из русских менеджеров и рассказал, что новый шеф спрашивал, можно ли раздобыть на острове траву или кислоту. Мол, новое меню он пишет только под творческим кайфом.Это уже никуда не годилось, и разговор предстояло провести гораздо более серьезный. Решив подождать до окончания завтрака, я обратил внимание, что телефон всё также был приклеен к уху нашего говнаря, а взгляд был рассеяно-тревожным. Думая, как же привести Сергея в удобоваримый для работы вид, я направился в офис и засел за отчеты.Срочный вызов по рации вырвал меня из мыслей о бюджетах, затратах и ревенью.-Кто-нибудь видел нового повара- тревожный голос менеджера не сулил ничего хорошего.Ответом была тишина в эфире.-Даша, а что случилось, – меня стали, как в растиражированном на цитаты, фильме, терзать смутные сомнения.-Его бунгало открыто, ключи валяются на полу. Вещей нет. -Как нет вещей? Рюкзака нет?-Да, только кеды у ресторана стоят. Мы думали, он там, но его и там нетСбежал. Сбежал трусливо  и позорно. Поняв, что привычные заговоры, легенды и образ тут не прокатили. Что маска сорвана раньше положенного срока. Что пришла пора делать съебасто, как говорила одна наша знакомая. Оставив одно из самых ярких впечатлений в жизни мирных жителей и пожертвовав конверсами. Вероятно, посчитав, что сила хипстерского кулинарного гения хранится в символичной обуви, он решил оставить свой след на острове… Позабыв про субординацию, я кинулся в сторону пирса.  Я бежал в надежде довести свой план до конца. На горизонте я увидел торопливо семенящего по песку в сторону лодки плюшевого мишку. Это было так позорно и одновременно унизительно, что я остановился. Словно боясь попасть в ту же неловкую и позорную мизансцену. Да и потом,  чтобы я сделал, если бы догнал его? Заставил бы остаться? Зачем?Через пять часов пришло от него сообщение, что деньги на билет и на визу он компенсирует по приезду в Питер.  «Мол, бабки не проблема». Ну, хотя бы финансовую порядочность ему родители привили, заключил я. И приступил к выводам.А выводы совершенно простые и понятные.В последнее время по отношению к таким вот, с позволения сказать, поварам, общество делится на две категории. Первые – девушки-пиарщицы (и считающие себя таковыми молодые люди) в полном восторге делают из шеф-поваров новейшей волны культовых персонажей. Им поклоняются, как дизайнерам одежды или архитекторам. Только стать культовым шефом проще – люди, в основном, стали питаться всяким говном. И называть это новой кухней. Скандинавской или перуанской, новой русской или азиатской. Вторая часть общества считает этих говноделов юродивыми. Эдакими причудливыми творцами не от мира сего. Безвредные, а потому не вызывающие чувства назревающей опасности. Ну готовит, ну фотографирует… Забрасывает инстаграмм своими, с позволения сказать, «творениями»… Мол, «я так вижу»…На самом деле эти «творцы» не так безвредны и абсолютно расчетливы.У говнорей-говноделов есть алгоритм действий. Беспощадный и тонко продуманный.  Они проникают в вашу жизнь. Они стремительно убивают ваш бизнес, постоянно высасывая деньги. И их не заботит, где вы их возьмете… Они разгрызают твой мир на сектора, требуя авторские тарелки, сювиды, горелки, пистолеты для блядского дыма и прочие анальные внедрители, чтобы с их помощью раздувать карамель или утку… А сами раздувают нас с вами! Они не блюда придумывают, они нас с вами имеют. Причем, делают это целенаправлено. Это не увлеченные хипстеры, которые, словно в телевизионной рекламе, доброжелательно и в то же время загадочно разглядывают кусочек утки, лежащий на хирургическом столе. Нет. Они не думают о том, как накормить гостей вкусной едой, а вам принести деньги. Им на всех плевать.  Это- хитрые и расчетливые ублюдки, это те же грабители и воры, только принявшие новое обличие. Так что если вам достанется повар с бородой и забитыми по ладони руками, знайте – вас сейчас будут иметь. И жалости от них не ждите. Давите их в зародыше. Упаковывайте их рыхлые тела в вакуумный пакет и засовывайте в сювид часов на 16. Обязательно при температуре не выше 53 градусов.  Украшайте съедобными цветами и каплями соуса из можжевеловой росы. Обсыпайте землей из грибного тапенада и подавайте с жемчужинами тапиоки, погашенными крепленной мадерой, настоянной на коре базальтового тысячелистника. И не забудьте выложить блюдо в инстаграме. P.S. По приезду в Санкт-Петербург Сергей Власов отключил телефон и перестал выходить в соцсети. То ли родители плохо учили,  то ли наоборот, вырастили хорошего сына. То ли бабки всё-таки оказались проблемой.

…А ныне — сам скажу — я ныне

Завистник. Я завидую; глубоко,время брить бороды жж

Мучительно завидую. — О небо!

Где ж правота, когда священный дар,Когда бессмертный гений — не в наградуЛюбви горящей, самоотверженья,Трудов, усердия, молений послан —А озаряет голову безумца,Гуляки праздного?.. О Моцарт, Моцарт!А.С.Пушкин “Моцарт и Сальери”…А ныне — сам скажу — я нынеЗавистник. Я завидую; глубоко,Мучительно завидую. — О небо!Где ж правота, когда священный дар,Когда бессмертный гений — не в наградуЛюбви горящей, самоотверженья,Трудов, усердия, молений послан —А озаряет голову безумца,Гуляки праздного?.. О Моцарт, Моцарт!А.С.Пушкин “Моцарт и Сальери”

Приятно и одновременно страшно признаваться  в том, что ты когда-то что-то сделал первым. С одной стороны, хорошо быть первооткрывателем,  а с другой  – понимать, что ты положил начало чему-нибудь плохому, абсолютно не греет душу.
В 2012 году я открыл первый в городе бар для хипстеров. Ну, может, не совсем первый по сути, но я абсолютно точно ввел в широкий обиход использования этого термина.

Что такое хипстеры, я тогда не доподлинно не знал.
Не знали этого и 95% гостей бара. “Извините, пожалуйста, а кто такие хипстеры”? – персонал отвечал на этот вопрос раз в 15 минут. Я даже разработал специальную памятку для того, чтобы ответ был “единообразным” -как говаривал мой преподаватель по начальной военной подготовке в школе, подполковник Бек-Назаров. “Пусть безобразно, но зато-единообразно!” Мне лично казалось, что это нечто среднее между хиппи, панками и байкерами. Всемирная сеть тоже давала достаточно противоречивые объяснения этому термину. Уже потом, много позже Первый канал дал хипстерам более конъюнктурное название – «Городские пижоны».

Впервые я услышал о них от своей племянницы. Мы обсуждали общую знакомую, работавшую у меня официанткой в одном из ресторанов, которую я собирался увольнять за многочисленные прогулы, ежедневные опоздания, и перманентную неряшливость во внешнем виде. Хотя, она мне казалась довольно умной девушкой с хорошим воспитанием. Она носила очки, и ходила на работу, зажав подмышкой “Преступление и Наказание” Достоевского.

Племянница развеяла мои сомнения: “Да нет – сказала она, на самом деле ей плевать на Достоевского. Просто она-хипстер. А для них важно не быть. Важно казаться”.

Тогда я не предал этим словам значения, посчитав их современной идиомой. И жестоко потом поплатился.

Хипстеры, как субкультура очень быстро вышла далеко за пределы молодежного течения. Они стремительно захватывали многие области бизнеса,   вводя в моду новые, абсолютно непонятные нормальному человеку принципы ведения дел. Деловые издания наперебой с восторгом рассказывали почти невыдуманные истории о чудесных стартапах хипстеров, имеющих много общих черт, главной из которых был минимальный стартовый капитал.  Довольствуясь минимальной маржой (а иногда и вообще работая «for fan»), хипстеры осваивали бизнес программного обеспечения, интернет-магазины, дизайнерские студии. И, наконец, дошли до общественного питания.

Одновременно с этим, в обществе появилась повальная мода на hipster-look. Главным атрибутом моды стали бороды. Омерзительно очаговая растительность на прыщавых лицах в мгновение ока затмила брутальную двухдневную небритость  вчерашних идолов моды. А неряшливая и часто несвежая одежда лишь завершили образ новых героев. И никого не интересовало, что не бреют хипстеры свои лица банально из-за лени, высокой стоимости на лезвия и преследуя цель спрятать под бородой безвольные юношеские подбородки.

Когда я был маленьким, я часто проводил лето в доме своей бабушки, Кетеван Георгиевны. В доме была достаточно большая библиотека, собраная, в основном из книг издания 40х-60х годов. Эти книги я, по причине скуки или природной любознательности, прочел практически все. Помню одну книгу – “Этика повседневной жизни”, издания 69 года, кажется. Там обсуждалась (и осуждалась, естественно) новая мода советской молодежи-длинные волосы. Мода пришедшая с Запада автору категорически не нравилась, что было объяснимо. Цитирую на память: “Все это, конечно, наносное, и скоро пройдет,» – утешал встревоженного читателя автор, – «Например, борода. Это конечно, архаичный, изживший себя признак человека старшего поколения. Но кто знает? Вдруг, через несколько лет, борода станет модной у стиляг, и они будут смеяться, показывая пальцем на гладко выбритого человека, спешащего на работу -“смотрите! У него гладко выбритое, как у старика лицо!»Не помню фамилию автора, помню, что я тогда не оценил юмор и посчитал пример с бородой дурацким и нежизненным. Теперь стало ясно, что автор, не оцененный современниками  гениально предвидел будущее.А этот, вызывающий лично у меня бешенство, способ передвижения хипстеров по городу? Все эти доски, ролики и велосипеды. Они гордо проносятся на своих дьявольских повозках по тротуарам, почти сбивая обычных пешеходов, попадающихся им на пути. Абсолютно, при этом не стесняясь, и не пытаясь хоть как-то проявить учтивость. Недавно я понял причину этого поведения. Мы им просто мешаем! Им вообще непонятно, что мы делаем на тротуарах! Мы стали чужими на улицах! И главное, мы почти сами в это поверили! Расступаясь перед бородатыми гонщиками на досках, самокатах и других прогрессивных средствах передвижения.. А эти юные горгоны с распущенными волосами и острым вдовьим взглядом, проезжающих по пешеходной зебре на своих велосипедах! Они даже не пытаются слезть с них и следовать правилам! Они выше этого. Мы-отсталая биомасса, загрязняющая планету, не знающая о прелестях сыроедения и йоги. Зачем мы нужны? Не лучше ли раздавить нас самокатом сразу, чтобы не мучили окружающую среду и не мучались сами.

Они сами придумали себе правила. И главным правилом прилюдно объявили то, которое мы в свое время считали для себя культовым в эпоху противостояния с миром офисного болота. Я говорю о втором правиле «Бойцовского клуба» и первом правиле Чака Норриса, гласящем, что «нет никаких правил». Знали ли мы, что именно хипстеры сделают это своим лозунгом? Все-таки жизнь преподносит порой вот такие уроки, словно в насмешку преломленные призмой реальности. Они стремительно теснят нас с улиц, выдавливают из бизнеса и выдавливают из городов. А мы… Всё это время боялись гопников «с района», содрогались при виде белых тонированных «приор» с дагестанскими номерами и переходили на другую сторону улицы при виде групп чеченских борцов в красных мокасинах, говоря про засилье кавказцев. И пропустили тех, кого реально надо было опасаться. Представьте, если бы все бородатые хипстеры в одночасье оказались бы чеченцами, а доски и велосипеды превратились бы в «Приоры»! Страшно? То-то…

Как всё это произошло, теперь уже не очень важно. Хотя, для будущего, наверное, полезно обозначить те факторы, благодаря которым вся эта субкультура впервые в истории совершила настоящую революцию в социальном миропорядке. Ведь не удалось же в свое время хиппи заставить мир смотреть на себя как на будущее. Никто и в страшных снах не мог бы себе представить, что нечесаные и плохо одетые личности, пропагандирующие, в общем-то правильные общечеловеческие ценности, станут лидерами бизнеса. А у хипстеров получилось.

Принцип ведения бизнеса хипстерами прост и универсален. Попробую описать его на близком себе примере – баре от хипстеров.

1.   За основу берется живая, новая и нравящаяся самим хипстерам идея – бургерная, бейгельная, коктейльная и тому подобные. Хорошо шли фермерские продукты, сэндвичи, краудфандинги  и коворкинги.
2.   Подыскивается  помещение в отдаленном центре.
3.   Делается «говноремонт» (этот термин обязателен, особенно первая его часть). Естественно без приглашения профессиональных дизайнеров, ведь «каждый гасконец, простите, хипстер – с детства академик».
4.   Обязательно проводится рекламная кампания посредством статей в изданиях, ставших в  одночасье хипстерскими.
5.   Желательно приглашение хипстерских «звезд-академиков» (см п.3). Хорошо подойдет какой-нибудь шеф-повар (опыт работы не важен, так как готовить ему ничего не придется) или миксолог. Нет, ни в коем случае не бармен. Барменом может стать любой. А миксологом – только бородатый хипстер.
6.   Набирается персонал из числа друзей и знакомых, которому разрешают всё- не приходить на работу вовремя, не знать меню и элементарные правила сервиса. Опыт работы, естественно, не важен. Главное- борода, забитые руки  и умение кататься на доске, или, в крайнем случае, самокате.
7.   Проведение вечеринки с приглашением всех возможных хипстеров трендсеттеров и девушек из изданий (см. п4).

В принципе все. Неудобная мебель, идиотская посуда, трешевые туалеты, графитовые доски и написанное, словно под копирку, меню – реальность. Wow-крики, восторг от концепта и писк юных поклонниц шеф-повара, главной задачей которого становится совмещение пяти абсолютно несочетаемых и плохо произносимых ингредиентов в одном блюде – то, что запоминается. Какое-нибудь блюдо, например  «Куриное парфе из сои с пеной из ромашкового меда и мороженным из дегидрованного боярышика на пластине мороженного тапенада из смолы и гелем из крафтового эля» заполняют все социальные сети и – успех обеспечен. Плюс – дешевое вино и коктейли, разработанные миксологом и названиями лишь немного уступающими вышеупомянутому блюду. Ну и крафт. Куда же без него. Дурацкое но обязательно претенциозное название пиву бездарно даже не сваренному, а намешенному напитку придаст нужную в хипстер-среде популярность. Три месяца зарплата друзьям-работникам не платится. Аренда, естественно, тоже. Без оплаты остаются многочисленные поставщики продуктов и алкоголя. Цены в меню, благодаря этим финансовым шагам – демпинговые. Получаемые деньги идут на покупку новых велосипедов английской марки “Brompton ”. Через полгода заведение закрывается. Но в очереди уже стоят новые обладатели роскошных бород, татуировок на ногах и самокатов.

Открылся недавно такой вот проект (еще одно слово, которое чудесным образом перетекло из обихода зрителей «Дома-2» в хипстерский словарь. Никто не знает, в том числе и авторы, что они открывают – бар, ресторан, клуб. Поэтому всё – Проект). Владелец-говнюк, который решил открыть очередной говнобар в полуподвальном помещении в историческом центре, где все бы сидели на ящиках и ели бы говноеду. Очень хороший проект. Необычный, главное. Так вот, он арендовал помещение, повесил в окнах баннеры: “Здесь будет вкусно”. И крупные фотографии персонала с трогательными подписями: “Станислав, миксолог. В свободное время крутит винил и катается на кайте.» Или, «Динара, менеджер. Вышивает крестиком, учит французский и любит печеный картофель». Или: «Денис, повар. Катается на доске и любит фильмы Антониони”.И все. Занял деньги у знакомых на говноремонт. Набрал стафф. Проработал два месяца. И НИКОМУ, бл.., не заплатил. Владельцу помещения. Знакомым, у которых брал деньги не ремонт. Друзьям, помогавшим с говноремонтом. Персоналу, естественно, тоже. Станиславу, Динаре, не говоря уже о Денисе…Баннер со счастливыми лицами работников, которым не выплатили зарплату висел еще некоторое время. Потом его раскрасили баллончиками другие хипстеры.  Граффитисты.Нет, это совсем не то, о чем Вы подумали. Да, конечно, я завидую успешным коллегам (хотя сложно назвать их коллегами) из числа хипстеров. Но это крик отчаянья! Я просто понять хочу, как всё это вдруг становится трендом? Почему никто не может посмотреть внимательно на суть этих самых «бизнес-пижонов»? Им сдают помещения под честное слово. Потом Ты приходишь к арендодателю и он, наученный горьким опытом, выжимает из тебя все соки, берет предоплату, страховой взнос и депозит, ссылаясь на то, что «все вы одинаковы». То же касается и гостей. Людей абсолютно не волнует, где, как делаются блюда в таких «ресторанах». Что все делается даже не на коленях, а на полу. Что персонал в ресторанах пьет наравне с гостями. Что никого не заботит, из каких составляющих делаются коктейли. Что это даже не контрафакт из Дьюти-Фри, а абсолютно паленый, подпольный алкоголь!

Обратите внимание, при описании примерного алгоритма открытия хипстерского кафе я сознательно не остановился на этапах получения каких-либо разрешений, лицензий и согласований. Всё потому что ими никто не занимается! Их просто у хипстеров нет. Нет лицензий на продажу алкоголя, нет кассовых аппаратов. Технологического проекта нет. Ничего нахрен нет! И после этого пресса еще пишет о злобствованиях контролирующих органов в Питере! Годами в городе существуют заведения, по сравнению с  которыми даже ларьки с шавермой на сенной – образец согласованного общепита! А уж если их закрывают – в прессу тут же просачиваются интервью владельцев, в которых они жалуются на произвол властей! Совсем недавно, проходя мимо дверей одного такого модного винного заведения увидел закрытые двери. Ни объявления, ни хоть какого-то объяснения. А потом, через три дня опять открылись. А вчера- опять закрылись. И опять без объявлений. А потому что- плевать. Плевать на всех и на всё. Помните: «главное – не быть, главное-казаться».

«Очередной старпёрский трёп»,- скажут, усмехнувшись хипстеры. А вот ни хрена! Вы же, словно саранча, уродующая всё на своем пути! Взять хорошую идею, испоганить её, опошлить и выбросить, как немодную. Вчера – сайты. Сегодня-бары и рестораны. Завтра – автомастерские. Десять лет (слышите, ДЕСЯТЬ ЛЕТ!) я собирался открыть в городе бейгельную. Такую, настоящую, со множеством топпингов, совсем как в Нью-Йорке. Искал правильные рецепты, ждал, пока созреет аудитория. И что? Кучка хипстеров открыла шалман с фанерно-картонным   ремонтом, назвала его бейгельной и три месяца дружно закапывали саму идею! По залу шлялся сомнабулический бородатый официант, бейглы с первого и до последнего (я подчеркиваю-с первого до последнего!) дня были полным говном. Но чаще их просто не было. Не было без объяснения причин. Ну правильно -зачем в бейгельной бейглы! Главное, что все мы хорошие люди и правильно закатываем брючки. А потом тихонечко ее закрыли. Без статей в ТаймАуте и Афише, или на Рестклабе

Неделю назад на Рубинштейна появилась по-хипстерски убогая вывеска «табак-пиво-бейглы». Через два дня последнее слово заклеили бумажным скотчем – видимо, на коленке не получились бейглы. Как жаль…Такой хороший стартап!

Беседовал недавно с представительницей этих самых велосипедных хипстерских муз:

-А какие рестораны вам нравятся? Ну что в них должно быть?-Нууу, я не знаю… Вот в одном месте во дворе можно мелками на стенах рисовать. Прикольно. Или вот, большое пространство во дворе – там вообще можно на весь день зависнуть! Всякие столы для настольного тенниса, гамаки…-А как же еда, кухня?-Ааа, ну да, кухня конечно, важна…Тоже, б.., важна! Тоже!!! В ресторане!!! И ведь она, явно, не очень в этом уверена…

И ведь не только в ресторанах гадят! Повсюду оставляют свою зеленую слизь, как жуки из «Люди в черном». Сломался на днях мотоцикл. Перестал заводиться. Долго искал мастерскую. И нашел! Естественно, в интернете. Куча селфи мототехники, которая у них ремонтируется. Он-лайн анкета «Нам важно знать ваше мнение». Приехал. Не мастерская – мечта! Чисто, прилично, ходят приличные молодые… техники, наверное. Все6 как один бородатые. Директор-владелец, благообразный повзрослевших хипстер  (надо ли говорить, что с бородой) радостно меня встретил, записал телефон и… забыл. Ну то есть совершенно забыл про меня! И, как выяснилось, про мотоцикл тоже. Два дня – тишина. Позвонил сам: не забыли ли? Нет, говорят, не забыли. В понедельник начнем разбираться. Подождите, говорю, так сегодня четверг! Ну вот, доделаем один мотоцикл и с новой недели примемся за ваши и по результатам отзвонимся. В понедельник вечером никто уже не отвечал. Во вторник дозвонился – как там? Да, все нормально. Мы попробовали – он заводится без проблем. Естественно, забрал его сразу (он, кстати, так и не заводился – но это другая история). А в мастерской – чисто, ходят бородатые… техники. Работают…5 сентября далекого 1698 Петр Первый начал официальную борьбу с бородами на Руси. Были введены налог на бороды, специальные жетоны, дающие право носить бороды. Остальным же указано было брить бороды и усы. Потому что в допетровской Руси купцы и бояре тоже хотели не быть, а казаться. Такие, мол, мы мужики, совсем как вы, крестьяне…

Тогда Петр резко сблизил отсталую на тот момент Россию и прогрессивную Европу. Нынешняя Европа по количеству бородатых, я думаю, даже превосходит Россию (там теперь даже женщины с бородами). И сближаться с ними как раз играть на руку этим самым хипстерам. Псевдо-мужикам, которые думают, что носить бороду, быстро кататься на роликах и работать веб-дизайнерами, миксологами и фрилансерами – это и есть мужская сущность

А вот не сбрить ли вам, на хрен бороду, и не пойти ли на завод работать? И не хрена мне указывать – почему мол ты не на заводе. Я двадцать пять лет в ресторанах. И еще через двадцать пять лет там же буду, если Бог даст. А вот почему бы вам не заняться прямым своим делом? Тем более, скоро придется Родину защищать с оружием в руках. Без досок и роликов. Не в узеньких джинсах и клетчатых рубашках. Готовы ли Вы?

время брить бороды жж

(по просьбе тех, кто остался в живых, имена не изменены. Из уважения к живым все события описаны с точностью)

ПРЕДИСЛОВИЕ.

Меня трудно упрекнуть в неприязни к хипстерам. Последние свои заведения я открывал для и вместе с представителями этой загадочной прослойки общества. А до этого вообще был одним из первых, кто открыл для широкой общественности само понятие «хипстер» (это я об открытом «Ложном хипстер-буфете «Свитер с Оленями»). Правда, хипстеры тогда были другими. Или мне так кажется…Нынешнее же поколение блогеров, вейперов и прочих читтеров активно заполнили все сферы жизни нашего больного общества. Они забыли про обязательные атрибуты хипстерства – молескины, узкие брючки и рейбаны. Активно осваивая просторы потреблядства, они обзаводятся студиями, машинами и фальшивыми дипломами псевдошкол. Они рвутся во все сферы общества, они выбирают себе занятия по душе, которые активно продают. Они даже лезут во власть. Ужас, через пару десятков лет у нас, возможно, президентом будет постаревший бородатый хипстер-блогер, прячущий под рукавами рубашки забитые «в чернь»  руки… Но, если это и случится, но не скоро. А пока они нас бреют, предлагают участие в необычных проектах на kickstarter, пишут многочисленные блоги, готовят… Они готовят нам еду….Глава 1.  Один из говноделов.

Когда мы решили, что на затерянном в Тихом океане острове Ко Ронг Самлоем должны быть бургеры, стало понятно, что без хипстерского повара-говнодела не обойтись. И дело не в том, что кхмеры не способны из фарша вылепить котлету. Ведь покупать её будут те же потребляди из семейства хипстеров. А для них «лук» ( не в смысле овоща) куда важнее вкуса. А значит, шеф-поваром должен быть классический говнарь от кулинарии – шеф-повар из модных ныне бургерных и фалафельных. Требования самые простые – капризный безвольный подбородок, спрятанный, естественно, под окладистой бородой; женственные пухлые ручки, старательно забитые под самые подмышки черными пугающими татуировками. Кеды, туннели, … Ну, и чтобы готовить мог. Хотя бы немного. Хотя бы эти пресловутые бургеры.

Людей, соответствующих этим требованиям, оказалось предостаточно. Что не явилось для нас открытием, ведь таких сейчас –легион. С бородами, татуировками и желтыми уточками в руках.  Правда все они, присылая резюме, словно под копирку писали, что в работе, в общем-то не нуждаются. Видимо, мода такая…Понятно, что не каждый согласится оставить комфортный мир и перебраться на год в Камбоджу. Но нашелся и такой. Добродушный увалень, косолапый и немного неуклюжий, Сергей Власов на фоне остальных претендентов произвел довольно благоприятное впечатление. Со страницы резюме на нас смотрел мужественный молодой человек с осмысленным светлым взглядом. Прочитав у него на странице вконтакте статус «Гладильные доски – это сноуборды, предавшие свою мечту и нашедшие “нормальную» работу» , мы приободрились. Согласитесь, удивительно здравая мысль для бородатого хипстера. Первая встреча оставила двойственное впечатление. С одной стороны, уверенность, относительная пунктуальность, связанная речь. С другой стороны, немного напугала излишняя уверенность Сергея в собственных знаниях, но мы списали это на юношеский максимализм. Любую фразу относительно его дальнейшей работы довести до конца не получалось – Сергей уверенно перебивал и договаривал её в нужном для себя понимании. Опыт работы не только в России, но и в Европе давал надежду на то, что человек видит в еде не только пейзаж для фотографий. Хотя разговоры Сергея о собственном аккаунте в инстаграмме должен был заронить сомнения. Но, нет, не заронил.В процессе переговоров выяснилось, что Сергей рассматривает параллельно с нашим еще одно предложение из Германии и ждет ответа из консульства по поводу визы. И что первое предложение является для Сергея приоритетным – всё-таки Европа, Германия… Нам эта честность понравилась и мы стали ждать консульского ответа вместе с Сергеем.И вот, две недели назад раздался звонок. Грустный Сергей рассказал, что визу ему не одобрили из-за неоплаченного штрафа: три года назад его поймали в швейцарском поезде без билета и оштрафовали на 40 евро. Штраф он, естественно, не оплатил. «Да бабки не проблема», объяснил он.  Он же хипстер, в конце-концов. А значит, всё, не имеющее отношения к его внутреннему миру, должно катиться в пропасть. Вот этот штраф и «прикатился»…Не скрою, мысленно мы поблагодарили безымянного контролера швейцарской железной дороги, который одним росчерком пера на квитанции развернул талант шеф-повара в сторону Камбоджи. Не прошло и двух часов, как перед нами лежал подписанный Сергеем контракт. Целый год он должен будет покорять азиатские просторы своим творчеством. Объяснения и наставления по поводу предстоящей дороги Сергей слушал со свойственным хипстерам отрешенностью и самоуверенностью. «Да я же в Паттайе  был два раза, так что всё понятно». То, что Паттайя похожа на остальную Азию, как песок в песочнице на лунные пустыни, его не очень заботило. Он источал уверенность в своих силах и знаниях. Глава 2. Первое знакомствоБилеты Сергею были подобраны с математической точностью и пугающим комфортом. Самолет Санкт-Петербург- Пномпень, потом автобус самой крупной в Камбодже компании, до которой от аэропорта каждые десять минут ходит бесплатный трансфер. Далее четыре часа дороги и всё- я его должен был встретить у дверей этого самого автобуса.Хипстерская сущность Сергея проявилась через 10 минут после выхода из аэропорта. Мой телефон начал нервно вибрировать от бесконечных звонков Whatsup.-Сергей, добрый день, всё в порядке?-мой голос звучал спокойно и участливо-Да, блин, я вышел, тут, блин, сел куда-то в тук-тук и меня, походу, везут куда-то не туда– голос Сергея, напротив, спокойствия не излучал.Вот тебе Паттайа злорадно усмехнулся я про себя, но сохранил внешнее радушие:-Сергей, а зачем вы сели в тук-тук? -Да, блин, я вышел, этот подошел, спросил, я сказал, он ответил, что знает…- я же говорил, там бесплатные автобусы прямо у выхода.-да бабки не проблема, я это, не знаю, куда еду.-вам же прописали маршрут до метра!- я вот еду. Не знаю, куда только.А что, это даже хорошо, подумал я. Классический дезадаптант,  который при встрече с неизвестностью сразу же потерял свой боевой дух. Зато урок получил на будущее.- так выходите. Скажите, чтобы вез вас обратно.-Да я уже билет купил на другой автобус. Через час выезжаю.-А зачем вам другой автобус? У вас же есть билет?-Да, блин, этот пристал, я и купил. Да херня, 10 долларов не деньги.Ну, точно говнарь, понял я. Матерится через слово, робость прикрывает псевдорасточительностью, суетится при малейшей неопределенности. Наверное, бургеры будет делать хорошие, успокоил я себя и стал ждать его. Через шесть часов, встретив его у дверей раздолбанной маршрутки, я даже не сомневался, что из в общем-то конфузной ситуации говнарь попытается выйти победителем:-Хорошо, что на этой ехал, – подтвердил он мои опасения, – ехали не быстро, дорогу посмотрел, с ребятами пообщался.И он показал рукой на двух таких же хипстеров, пойманных нелегальным перевозчиком в аэропорту вместе с Сергеем.Образ Сергея сложился.Глава 3. Остров.На следующее утро нам предстояло быстро позавтракать и отправляться на пристань. На завтрак я предложил ему попробовать традиционный кхмерский суп с лапшой. Брезгливо поковыряв ложкой, и сделав пару снимков вкусного, но нефотогеничного, прямо скажем блюда, Сергей принялся усиленно делиться первыми впечатлениями в сети.До отправления лодки оставалось еще 15 минут, когда Сергей вдруг радостно завопил:-Полчаса прошло, а уже больше пяти тысяч просмотров!-Просмотров чего?-Моего супа с лапшой!, – гордо заявил повар, словно готовил этот суп сам.Тучи над образом повара стали сгущаться.Погода и вправду оставляла желать лучшего. Катер летел по заливу, прыгая по волнам, словно на американских горках. Пассажиры сидели молча, погруженные в свои мысли, страхи, переживания. Стоял только он. Крепко держась за поручни пухлыми ручонками с нарисованными на них зловещими черепами он что-то активно орал испуганному таким поведением кхмерскому капитану. Сергей радовался, словно мальчишка, наконец-то попавший за хорошие оценки в парк аттракционов. Перекрикивая ветер и шум двигателя, он что-то кричал про лодку для миллионеров. Новая работа ему определенно нравилась…Ступив на остров, Сергей принялся неистово фотографировать. Фотографировал он всё – песок, лодки, кхмерских детей, берег моря, усеянный песочными катышками, которые крабы раскладывают вокруг своих норок. Его интересовало всё. Он вполуха слушал мои наставления и предстоящую программу действий. Волновало Сергея только одно – интернет.-Слушай, постой, – он беззастенчиво и как будто случайно норовил перейти на «ты», – а что, интернета вообще нет?-Сергей, я же только что вам говорил, что вайфай есть в ресторанах, а на берегу сотовой связи нет.-А, тогда ладно. Тогда надо скорее  в рест двигать, посмотреть, сколько просмотров у супа. И еще вопрос, он вдруг остановился, – а тут цветы съедобные есть?-Не знаю, -опешил я-Надо узнать, я хочу меню на съедобных цветах построить…Нет, я не утрирую, как вам может показаться. Это почти прямая речь. Ну, может только без мата. О котором нужно сказать отдельно.Матерился Сергей постоянно. Он использовал матерные слова в качестве предлогов, союзов и местоимений. А иногда и вместо подлежащих и сказуемых. Матерился при гостях, при персонале, при женщинах и детях. Когда, на следующий день я, не выдержав этого, отозвал его в сторонку и сказал, что у нас не ругаются матом, я впервые почувствовал внутреннюю агрессию. Он промолчал, но промолчал, как Шариков, которому Борменталь запретил играть на балалайке после обеда.  Уже потом я понял, что бездарное и неуместное использование мата тоже является признаком настоящего «говноря-говнодела».«Придираюсь», – подумал я. У человека стресс. Первый раз в настоящей Азии, шок от того, что в «Патайе совсем не так», желание ухватиться за свою сильную сторону. Всё в общем-то понятно.-Давайте так, – решил я его приободрить, – вы сейчас заселяйтесь, а часа через два встретимся на кухне и я познакомлю вас с кхмерским персоналом.-Да без проблем, – Сергей вернулся к реальности и вновь примерил на себя говнарскую маску, – мне бы на продукты посмотреть, на оборудование и на тарелки.-Ну на тарелки тут особо смотреть нечего. Это все-таки остров. Тут всё самое примитивное, хотя не лишенное стиля, – мы искренне гордились, что в отличии от большинства соседей отелей у нас белая классическая посуда. В Камбодже это редкость.Но я недооценил Власова…-Да я как раз хочу узнать, где тут можно авторские тарелки заказать. Из глины, чтобы такие, знаешь, были неровные, как будто гаражные.Авторские… гаражные… Неровные… Этот человек болен, подумал я. И диагноз известен. «Синдром хипстерского рассеянного нерва». Искать в разрушенной Кампучии неровные тарелки- это все равно, что в Питере подавать блюда на сувенирных тарелках «Санкт-Петербург». «Тут всё неровное, блядь! Они даже флаг свой не могут ровно сшить!» – хотелось закричать ему. Но сдержался, подумав, что это тоже последствия акклиматизации.Следующий удар ждал меня через час.Подойдя к зданию кухни (небольшому деревянному зданию с крышей из бамбуковых листьев, стоящему на берегу океана) я увидел испуганного кхмерского старшего повара и нашего героя, словно перед боем усиленно разминающего пальцы. –      Короче тут проблемы с оборудованием, – Сергей начал с места в карьер, – я тут пострелял по столам – холода мало, парика нет, ваккуматора тоже.Блядь, началось… Повар Власов шел по проторенной дороге. Именно так они, эти говноделы, разоряют владельцев ресторана. Забрасывают их требованиями о новом оборудовании и сбегают потом, получив откаты от поставщиков и кучи лайков от сообщества говноделов-поваров.-Сергей, вы помните наш первый разговор в Санкт-Петербурге? – надо сразу погасить этот хипстерский наскок.- Ну, помню. А на счет чего? -По поводу оборудования. -Так мне сказали, что можно дополнительно прикупить.-Давайте я еще раз напомню. Это остров. Понимаете, Сергей, ОСТРОВ. Причем, это не Мальдивы. И не Сейшелы. И даже не Канары. Это Кампучия.  Тут электричество на острове появилось три месяца назад. И готовим мы на углях. Тут на всем острове один крутой газовый гриль. И он у нас. То есть, теперь у вас. -Да, помню. Но с сювидом можно будет…-Сергей, стоп. На полгода вы должны забыть про эти слова. Мы предупреждали вас, что тут не нужна авторская кухня. Тут эко-отель. Натуральность. Тут холод не нужен. Тут семь блюд. И все- барбекю. И так на всём острове. -Да я понял, видно же всё.-Мы вас пригласили, чтобы совершить революцию – первыми на острове сделать бургеры.-Да бургеры это говно-вопрос,- Сергей приходил в себя, осознавая свое нынешнее положение.-А раз, как вы говорите, говно-вопрос, значит, и успех у нас с вами не за горами. Причем, без париков и мальтодекстрина.-Просто я подумал, что можно делать суфле из рыбы, густить его в сю-виде, и выкладывать на рисовую булку. И цветами съедобными украшать.Я вздохнул.-Конечно можно. Но не сразу. Давайте вы сейчас познакомитесь с поварами и приготовите мне рыбу.-Да вообще легко. А какую?-Вот видите,- облегченно сказал я,- вопросы пошли по существу. Узнайте у Куна, вашего нового помощника, какая у него рыба и приготовьте её просто на мангале.-Как два пальца,- Сергей отвернулся и закосолапил к мангалу. Подойдя к барбекю (половине бочки из-под нефтепродуктов, поставленной на ноги) он резко стащил с себя футболку и обнажил крупный, но в то же время довольно рыхлый торс. Стоявшие на кухне кмерские повара опешили. Девушки судорожно отвернулись, а парни потупили взор. Су-шеф Чанни бросил на меня извиняющийся взгляд и отправился за рыбой. Пришлось продолжить объяснения:-Сергей, Камбоджа достаточно патриархальная страна. Для них вид голого тела- это очень неловкая ситуация. Они не купаются в плавках, мужчины не носят шорт. Тем более, вид баранга (белого человека), и уж тем более на работе. Посмотрите, они все в кителях. Это важно.-Да, тут просто жара, блин. Еще от углей жар неслабый. Мне так лучше- Нет, -я был непреклонен,- надо одеть китель. Вы для них – Такае – начальник. Они должны вас уважать. Почти поклоняться. А видеть вас обнаженным – это неловко. Ну, словно вы бы громко пукнули в России.- Да, я пердеть люблю,- вдруг из Власова вылез говнарь,- иногда от своей же жратвы такого шептуна пущу- мама не горюй.Нет, ну какой всё-таки мудак, скажете Вы. И я с вами соглашусь. Он весь в этой фразе. Вернее, они все в этой фразе.-      И все-таки, я вас попрошу быть для кхмеров примером. –      Да вообще не проблема. Я в Марселе когда работал…И тут я вспомнил! Марсель! Вот почему из десятка кандидатов мы выбрал его! Марсель… Город любви и буабеса, портовых шлюх и настоящей, а не придуманной Мишленом с его гидами, французской кухни. Там знают, как обходится с рыбой, там можно не задумываясь ходить в рыбные рестораны – вкусно везде. Так вот, Сергей, по его словам, проработал в Марсельском ресторане почти год. Согласитесь, это кое-что значит.Надо отдать должное – рыбу Сергей приготовил.  Ну, то есть, готовое филе барракуды он не пересушил, не пережарил, оставив рыбе её первозданный вкус. Первое задание он выполнил.-Ну, а как меню? – я стремился скорее занять его работой.-Да ну, какой смысл смотреть, если всё придется переделывать.Ну вот, еще один звонок, символизирующий о том, что нам достался говнарь-говнодел. Ведь это обычная тактика. Каждый из этой касты рукожопых бородачей знает одно, максимум два блюда. Всё остальное делается ими для фотографий и в принципе несъедобно.  Поэтому повторить чужие блюда они просто не в состоянии. Они не знают элементарных вещей. Не знают и не хотят знать. Всю свою никчемную жизнь они готовят одно блюда и кочуют с ним из одного ресторана в другой. Глава 4. Развязка.На следующий день у нас была подготовлена обширная программа. С утра, после завтрака, я собирался отправить Сергея на материк. Вспоминая его детский восторг от лодки, я попросил старшего менеджера взять его с собой,- посмотреть места закупки продуктов, побродить по рынку и вернуться к обеду. Далее, ему предстоял еще один выход в море – на нашей прогулочной лодке мы отрабатывали поминутный сценарий экскурсии для гостей отеля. По плану на лодке туристов ждал ланч, и присутствие щеф-повара было необходимо. И, наконец, вечером, я ждал от Сергея первого самостоятельного блюда.Однако, на завтраке я застал нашего говноря сидящим на гостевым столом. Было слышно, что он с кем-то разговаривал по телефону капризным и немного детским голосом : «да я не знаю, их тут много, летают всю ночь – искусали всего. Да, жарко. Нет, кондея нет. Нет, вода только холодная. Нет, проживающих много. Нет, скатертей нет.» Было понятно, что Сергей держал ответ перед женой. И та спрашивала с него по всей строгости. Как нормальный хипстер с бородой и татуированными руками, он оказался капризным соплежуем-подкаблучником. Что, впрочем, было совсем неудивительно.Дождавшись окончания разговора, я поинтересовался первыми впечатлениями о завтраке.-Да, блин, тут, короче всё надо менять. Они тут, – Сергей кивнул в сторону кхмеров,- вообще ничего не понимают. Скрембл делают через жопу.-Конечно, они же не работали в Марселе, – съязвил я.- вот вы их и научите.-Да нет, мне проще самому всё делать. Стало понятно, что помимо прочего, Сергей еще и боялся персонала. Персонала, который смотрел на него, словно на небожителя. Проблема усугублялась явным незнанием языка. Все разговоры о беглом английском разбились о суровую кхмерскую действительность.Ну, всё это можно списать на первые дни в новом коллективе. Страх, неуверенность и даже паника – всё это так похоже на детские комплексы ребенка, впервые попавшего в пионерлагерь. Время всё лечит, решили мы и отправили его на рынок.Дальнейшие события на 180 градусов развернули впечатления Сергея  о предстоящей работе.  Небольшое волнение на море резко поменяло его отношение к путешествиям на «лодке для миллионеров». Наш дальнейший поход на лодке ознаменовался купанием Сергея в лагунах, ловлей рыбы и лежанием на носу лодки в надежде на быстрый загар. Сергей торопился получить от этой поездки всё.После возвращения в отель, Сергей пропал на час и к ужину вышел в зал в шортах, кедах и застиранной майке с надписью «USSR» и гербом СССР.  Пора было приводить его в норму. Естественно, с телефоном наперевес, он ходил по ресторану и громко, особо никого не стесняясь, в ярких выражениях рассказывал супруге о своих дневных похождениях. И та ему, явно также не стесняясь в выражениях, отвечала.Потерпев час, я позвал его за стол. Сергей решил сразу же внедрять полученные из центра указания:-Слушай а тут мыло продается?-Какое мыло?- я был не готов к такому повороту разговора.-Да у нас с женой хобби. Мы мыло крафтовое варим, думаю, может её сюда позвать, туристам продавать. Тут я на рынке посмотрел- специй много натуральных, можно замутить тему.Мыло… Все приобретает свой законченный смысл. Какое еще может быть хобби у повара-хипстера. Конечно мыло. Ведь оно такое…фотогеничное.-Ну что, Сергей, когда к работе будете приступать?-Так я вроде, уже день, как работаю. Чё тут приступать, обезьянки готовят, я наблюдаю.Ну всё, удовлетворенно для себя отметил я, спасибо Сергей.-Ты работаешь? А какого хрена ты в своей маечке тут ходишь? Ты повар, или чмо? – меня было не остановить, – ты сюда с женой приехал общаться, или готовить? Меню видел, продукты посмотрел? С работниками познакомился? Или, бля, они все для тебя тоже обезьянки? А жену свою ты тоже так зовешь? Примат, блядь.Бедный говнарь побледнел. Ручки затряслись в капризном припадке. Он с требовательным сожалением смотрел на телефон, мысленно призывая жену к ответу. Телефон предательски молчал.-Да я это в шутку, – попытался оправдаться повар- Да твои шутки за два дня уже из ушей всего персонала льются. Ты, бля, когда-нибудь по человечески с кем-то общался? С родителями, там, с учителями? Еще раз позволишь себе заматериться, или назвать кого-то обезьяной, я попрошу мистера Нутя вывезти тебя в джунгли сделать с тобой то, что он делал в молодости с такими вот мудаками. Там тебя обезьяны и примут в свою семью- им как раз таких вот не хватает.Мистер Нуть – старейший работник отеля, дедушка 50 лет по слухам был в армии красных кхмеров и не растерял, я думаю навыков партизанской войны.-С этим всё понятно? Далее. Последнее предупреждение – униформа у тебя с утра до вечера одна – китель повара. Маечки оставь для гей-парада. Усек? Завтра с утра на завтраке в кителе.Сергей кивнул.  Он был похож на плюшевого медвежонка, которого ругали за его неуклюжесть – было понятно, что он не понимал сути претензий. Ведь претензии касались его обыденной жизни.-Раз понятно – вперед. Переодеваться, знакомиться со стаффом и изучать меню.Через час на кухне среди кхмерских работников можно было видеть Сергея, наблюдающего за работой поваров. В руках он держал спасительный телефон, по которому получал новые вводные от супруги. -Это, я хочу поговорить, – оторвавшись от телефона, он направился ко мне.-Ну давайте, – его решительность явно контролировалась онлайн по телефону- Короче, со мной так не надо. Я всё понял, меню завтра сделаю, готов буду представить к вечеру.-Вот видите, как все хорошо получилось, значит, мы друг друга поняли, – удовлетворенно резюмировал я. -У меня только просьба – я тут за визу заплатил 35 долларов. Можно их вернуть?-Конечно, – я протянул ему деньги. И хотя для человека, приехавшего работать за зарплату в 6 тысяч долларов, подобная спешка была подозрительна, я не придал ей значения. Явно, это было указание жены. Утро ознаменовалось еще одним звонком. Уже более серьезным, чем все предыдущие. Ко мне подошел один из русских менеджеров и рассказал, что новый шеф спрашивал, можно ли раздобыть на острове траву или кислоту. Мол, новое меню он пишет только под творческим кайфом.Это уже никуда не годилось, и разговор предстояло провести гораздо более серьезный. Решив подождать до окончания завтрака, я обратил внимание, что телефон всё также был приклеен к уху нашего говнаря, а взгляд был рассеяно-тревожным. Думая, как же привести Сергея в удобоваримый для работы вид, я направился в офис и засел за отчеты.Срочный вызов по рации вырвал меня из мыслей о бюджетах, затратах и ревенью.-Кто-нибудь видел нового повара- тревожный голос менеджера не сулил ничего хорошего.Ответом была тишина в эфире.-Даша, а что случилось, – меня стали, как в растиражированном на цитаты, фильме, терзать смутные сомнения.-Его бунгало открыто, ключи валяются на полу. Вещей нет. -Как нет вещей? Рюкзака нет?-Да, только кеды у ресторана стоят. Мы думали, он там, но его и там нетСбежал. Сбежал трусливо  и позорно. Поняв, что привычные заговоры, легенды и образ тут не прокатили. Что маска сорвана раньше положенного срока. Что пришла пора делать съебасто, как говорила одна наша знакомая. Оставив одно из самых ярких впечатлений в жизни мирных жителей и пожертвовав конверсами. Вероятно, посчитав, что сила хипстерского кулинарного гения хранится в символичной обуви, он решил оставить свой след на острове… Позабыв про субординацию, я кинулся в сторону пирса.  Я бежал в надежде довести свой план до конца. На горизонте я увидел торопливо семенящего по песку в сторону лодки плюшевого мишку. Это было так позорно и одновременно унизительно, что я остановился. Словно боясь попасть в ту же неловкую и позорную мизансцену. Да и потом,  чтобы я сделал, если бы догнал его? Заставил бы остаться? Зачем?Через пять часов пришло от него сообщение, что деньги на билет и на визу он компенсирует по приезду в Питер.  «Мол, бабки не проблема». Ну, хотя бы финансовую порядочность ему родители привили, заключил я. И приступил к выводам.А выводы совершенно простые и понятные.В последнее время по отношению к таким вот, с позволения сказать, поварам, общество делится на две категории. Первые – девушки-пиарщицы (и считающие себя таковыми молодые люди) в полном восторге делают из шеф-поваров новейшей волны культовых персонажей. Им поклоняются, как дизайнерам одежды или архитекторам. Только стать культовым шефом проще – люди, в основном, стали питаться всяким говном. И называть это новой кухней. Скандинавской или перуанской, новой русской или азиатской. Вторая часть общества считает этих говноделов юродивыми. Эдакими причудливыми творцами не от мира сего. Безвредные, а потому не вызывающие чувства назревающей опасности. Ну готовит, ну фотографирует… Забрасывает инстаграмм своими, с позволения сказать, «творениями»… Мол, «я так вижу»…На самом деле эти «творцы» не так безвредны и абсолютно расчетливы.У говнорей-говноделов есть алгоритм действий. Беспощадный и тонко продуманный.  Они проникают в вашу жизнь. Они стремительно убивают ваш бизнес, постоянно высасывая деньги. И их не заботит, где вы их возьмете… Они разгрызают твой мир на сектора, требуя авторские тарелки, сювиды, горелки, пистолеты для блядского дыма и прочие анальные внедрители, чтобы с их помощью раздувать карамель или утку… А сами раздувают нас с вами! Они не блюда придумывают, они нас с вами имеют. Причем, делают это целенаправлено. Это не увлеченные хипстеры, которые, словно в телевизионной рекламе, доброжелательно и в то же время загадочно разглядывают кусочек утки, лежащий на хирургическом столе. Нет. Они не думают о том, как накормить гостей вкусной едой, а вам принести деньги. Им на всех плевать.  Это- хитрые и расчетливые ублюдки, это те же грабители и воры, только принявшие новое обличие. Так что если вам достанется повар с бородой и забитыми по ладони руками, знайте – вас сейчас будут иметь. И жалости от них не ждите. Давите их в зародыше. Упаковывайте их рыхлые тела в вакуумный пакет и засовывайте в сювид часов на 16. Обязательно при температуре не выше 53 градусов.  Украшайте съедобными цветами и каплями соуса из можжевеловой росы. Обсыпайте землей из грибного тапенада и подавайте с жемчужинами тапиоки, погашенными крепленной мадерой, настоянной на коре базальтового тысячелистника. И не забудьте выложить блюдо в инстаграме. P.S. По приезду в Санкт-Петербург Сергей Власов отключил телефон и перестал выходить в соцсети. То ли родители плохо учили,  то ли наоборот, вырастили хорошего сына. То ли бабки всё-таки оказались проблемой.

Оценка 5 проголосовавших: 1
ПОДЕЛИТЬСЯ

ОСТАВЬТЕ ОТВЕТ

Please enter your comment!
Please enter your name here