Девушка в хиджабе с парнем с бородой

Предлагаем ознакомиться с темой: "девушка в хиджабе с парнем с бородой", включая последние тенденции.

Когда-то хиджаб являлся выражением скромности, чистоты, веры. Сегодня это одеяние вызывает всё чаще противоположные эмоции, даже агрессию, страх, отторжение. Если носишь хиджаб, окружающие смотрят на тебя с презрением. Особенно если в чёрном. Могут даже бросить вслед грубое и обидное слово.

Дело в том, что для некоторых хиджаб – это оружие, а не исламская одежда. Прикрываясь Исламом и оправдывая свои преступления законами религии, они создают тем самым этот противоречивый стереотип по отношению к хиджабу и к исламской религии в целом. Подобное отношение имеет место не только в регионах с преимущественным немусульманским населением, но даже и у нас в Дагестане. Как-то я стала свидетельницей того, как в магазине отказались продать детскую коляску семейной паре – девушке в хиджабе и мужчине с бородой. Разве не глупо?

Хочу рассказать о реальном случае, который произошёл с моей подругой в мае нынешне-го года, когда она была в Ростове. В Ростов она ездила с больной раком матерью, чтобы ухаживать за ней во время лечения. Они некоторое время снимали там квартиру. Подруга одевается как положено, по Шариату.

Однажды она отправилась в городской супермаркет за покупками. Уже в супермаркете вспомнила, что забыла взять с собой паспорт. А без него в городе приезжим никак: сотрудники правоохранительных органов «вычислят» всё равно. Не прошло и десяти минут, как в супермаркет ворвались вооружённые омоновцы и со словами «мы вас задерживаем» силой вывели на улицу ничего не понимающую покупательницу. Далее выясняется следующее: оказывается, администратор супермаркета, как только увидел девушку в хиджабе, принял её за террористку и позвонил в милицию.

Девушка как могла защищалась, пыталась объяснить, что она не ваххабитка, что она обычная добросовестная мусульманка. Но задержавшие ее омоновцы были твёрдо уверены, что перед ними смертница.

С одним из работников правоохранительных органов во время задержания происходил следующий диалог:

– Почему Вы так одеты?

– А что, сложно догадаться?

– Вот я лично не понимаю.

– А что, нужно ходить как ваши женщины – полуголой? Это Вы понимаете?

– Наши нормально ходят.

– Ну, если вам приятно, что на ваших жён и сестёр все смотрят, и всё у них выставлено напоказ, то мы себя уважаем.

Объяснения бедной девушки на них не подействовали, и они собирались забрать её в отделение милиции. К счастью, она вспомнила о своём родственнике, который работает в МВД в этом же городе и намеревалась ему позвонить, чтобы он помог разъяснить ситуацию. Сотрудники милиции долго отказывались разрешить ей совершить звонок, боясь, что она якобы позвонит своим сообщникам-ваххабитам. Наконец, ей удалось дозвониться до родственника, который очень быстро «посадил их на место».

Далее милиционеры долго извинялись, просили, чтоб она не писала на них жалобу, так как они могут лишиться работы.

В завершение этого нелепого инцидента администратор и моя подруга обменялись несколькими фразами:

– Вы одеты, как смертница-шахидка.

– Если вы увидите настоящую шахидку, то упадёте сразу, если меня испугались, притом, что я в цветном хиджабе.

– Я не испугался, я просто подстраховался. Сейчас всё возможно.

Понять можно и администратора, и тех же сотрудников милиции. Их страх и сомнения в некотором роде оправданы. После терактов в метро и других местах люди с опасением смотрят на девушек в хиджабе и мужчин с бородой. Таким образом, сложилось отрицательное отношение людей другой веры к Исламу. По словам той подруги, в Ростове люди странно оборачивались на неё, старались не находиться долго рядом с ней, избегали её, боялись в прямом смысле слова. Даже таксисты не останавливались. Парадокс, но факт.

Разият

ксюша петрова 

Вряд ли существует предмет гардероба, который вызывает более яростные споры, чем головной убор мусульманок. Хиджаб никогда не был «просто платком», а глобализация и вовсе превратила кусок ткани в культурный, религиозный и политический символ, который олицетворяет мусульманский мир и прежде всего представления европейцев о нём. В России о разрешении и запрете на платок неистово спорят федеральный министр образования и глава Чечни — а родители учениц оспаривают право на ношение хиджаба в суде, во Франции только-только утихли скандалы вокруг запрета буркини, из-за которого представителей власти обвинили в исламофобии, а буквально на днях в Австрии решили запретить бурки и никабы, закрывающие лицо.

Пока одни призывают «освободить женщин Востока», сорвав с них покрывала, другие выступают за право выбора для каждой, независимо от того, хочет женщина загорать топлес или прятать своё тело от любопытных взглядов. У части светских европейцев хиджаб (например, в школе) вызывает аллергию уже сам по себе, как напоминание о чужой религиозности, а радикальные правые просто убеждены, что полная ассимиляция — это правило общежития, которое не оспаривается.

При этом рынок мусульманской моды растёт так стремительно, что не считаться с ним уже невозможно: мусульмане-миллениалы имеют огромное влияние на современную культуру, где традиции плавятся в одном котле, но вопрос о гуманности и символической ценности хиджаба возникает снова и снова.

Разбираемся, что значит хиджаб сегодня и какие точки зрения существуют среди исследователей и самих верующих. 

девушка в хиджабе с парнем с бородой

Не просто платок

Хиджаб в переводе с арабского значит «преграда» или «покрывало», и часто так называют сам платок, которым мусульманки покрывают голову. Однако на самом деле значение термина гораздо шире: хиджаб — это не только головной убор, но и вся одежда, соответствующая мусульманским представлениям о том, как выглядит достойная женщина (то есть любое непрозрачное одеяние, открывающее только лицо и кисти рук и не облегающее фигуру). Существует и «внутренний хиджаб» — под этим подразумевают душевные качества, например целомудрие и уважение к богу, но «внутренний хиджаб», в отличие от покрытой головы, в глаза не бросается, поэтому и вопросов не вызывает.

Основные принципы мусульманского дресс-кода содержатся в Коране и довольно однозначно интерпретируются богословами. В аяте 24:31 сказано, что мусульманкам стоит «оберегать свои половые органы», «прикрывать покрывалами вырез на груди» и не показывать свою красоту никому, кроме мужа и других близких, относящихся к категории махрам — так называются все родственники, за которых женщина по закону не может выйти замуж. В аяте 24:60 уточняется, что пожилые женщины, которые уже не собираются замуж, могут не так строго следовать предписаниям о хиджабе, но всё-таки лучше от них не отклоняться. И наконец в аяте 33:59 есть требование о головном уборе: мусульманкам советуют «сближать на себе свои покрывала», чтобы другие люди их не приняли за «рабынь или блудниц», то есть относились с уважением. Девочки обязаны носить хиджаб с начала пубертата — первой менструации.

В большинстве нынешних мусульманских стран традиция покрывать голову существовала задолго до ислама, который появился лишь в VII веке

В Коране нет описания конкретных видов скромной одежды, поэтому и цвет хиджаба, и фасоны сильно отличаются от региона к региону. Например, в ОАЭ и Саудовской Аравии и мужчины, и женщины одеваются похоже и покрывают голову, но традиционный цвет женского платья — чёрный, а мужской — более подходящий к местному климату белый. Существует любопытная версия, связывающая такое распределение с военной историей: якобы сражения между арабскими племенами часто происходили ночью, и женщина, одетая в чёрное, могла незаметно скрыться, а мужчины специально одевались так, чтобы их было видно издалека.

В большинстве нынешних мусульманских стран традиция покрывать голову существовала задолго до ислама, который появился в VII веке. Привычное платье лишь адаптировалось к требованиям новой религии, не растворяясь в них окончательно, что породило множество разновидностей национального мусульманского костюма. В арабских странах женщин чаще всего можно увидеть в чёрных абайях с вышивкой, в Индии мусульманки носят яркие сари или сальвар-камизы (комплекты из широких брюк, длинной туники и шарфа или платка), а иранки из деревень вокруг Персидского залива прикрывают лицо расшитыми бисером или металлическими масками, напоминающими накладные усы.

«Хиджаб, никаб, паранджа и так далее — это всё местные традиции: как принято в регионе и как разрешает муж. Разрешит муж ходить с открытым лицом — можно, разрешит ходить в платке и джинсах — можно, — объясняет доцент Центра изучения религий РГГУ Светлана Бабкина. — Всё зависит от либерализма страны и либерализма мужа в пределах либерализма страны».

В узком смысле слова — обычно четырёхугольный платок или комбинация из пары платков, которые прикрывают голову и шею, но оставляют открытым лицо. Это самая «светская» форма мусульманского платья, которую вы наверняка часто видите на улице. Молодые мусульманки носят хиджаб даже с джинсами и трениками.

Длинная накидка, обычно чёрного или белого цвета. Закрывает всё тело с головы до ног, кроме лица, и запахивается спереди, носится преимущественно вне дома. Чадру часто закалывают под подбородком или держат руками, чтобы она не упала во время ходьбы. Чаще всего встречается в Иране и Афганистане, но есть и в других странах Ближнего Востока. 

Покрывало с прорезью для глаз, полностью закрывающее практически всё тело с головы до ног. Больше всего распространён в странах Персидского залива, но всё чаще встречается и в западных странах, где такой вид мусульманской одежды не приветствуется (никаб запретили в нескольких странах, последней это сделала Австрия).

Самое строгое из всех мусульманских одеяний, которое широко распространено лишь в Афганистане и Пакистане. Паранджа закрывает абсолютно всё тело, включая лицо и глаза: они прикрыты сеткой так, что разглядеть их снаружи невозможно. Такое одеяние было обязательно для всех женщин во время правления талибов, из-за чего стало символом рабского положения афганских женщин.

Удобный купальный костюм, который изобрела австралийка ливанского происхождения Ахида Занетти и подхватили светские бренды вроде Marks & Spencer. Ещё одно нововведение последних лет — спортивные хиджабы, в которых спортсменки-мусульманки впервые участвовали в Олимпиаде-2016: именно в Рио был сделан исторический кадр с египетской и немецкой волейболистками.

Символ угнетения или феминистский жест

Хиджаб тянет за собой огромный багаж негативных ассоциаций: неудивительно, что эмансипированный Запад считает покрытую голову символом бесправия, в котором до сих пор живут миллионы женщин. В той же Саудовской Аравии гражданки не могут водить автомобиль и появляться на публике без сопровождающего-мужчины, а в Афганистане можно и вовсе поплатиться жизнью, отправившись за продуктами в одиночестве. Западным политикам, приезжающим на переговоры в мусульманские страны, приходится выбирать между данью уважения местным традициям (Валентина Матвиенко, например, для визита в Саудовскую Аравию обзавелась зелёным хиджабом) или наглядной демонстрацией европейских ценностей: покрывать голову даже для встречи с королевскими особами отказываются Ангела Меркель и её министр обороны Германии Урсула фон дер Ляйен, и, конечно, так же поступает французская представительница ультраправых Марин Ле Пен.

Выступления европейских политиков против мусульманского дресс-кода вряд ли можно назвать смелыми: одно дело, когда ты руководишь мировой державой и приехала в консервативную страну с дипломатическим визитом, и совсем другое — когда ты выросла в этой культуре и выступаешь против системы, реально рискуя свободой и жизнью. Тем не менее в странах, где отсутствие хиджаба карается по закону, появляются протестные группы, выступающие за право на выбор: например, сторонницы иранского движения My Stealthy Freedom публикуют в социальных сетях свои фотографии с непокрытой головой, в джинсах и с макияжем. Мужчины-профеминисты, наоборот, надевают хиджаб, чтобы поддержать своих жён и подруг.

Ещё один пример — сирийки, побывавшие в плену у боевиков ИГИЛ (организация признана террористической, её деятельность на территории РФ запрещена. — Прим. ред.): оказавшись на свободе, женщины демонстративно сжигают чёрные бурки, которые на них надели террористы-фундаменталисты. Трудно тут не вспомнить западных феминисток, которым приписывают сжигание лифчиков в знак протеста против патриархата — но, как и любая яркая медийная картинка, этот пример не отражает сложную действительность.

девушка в хиджабе с парнем с бородой

На русскоязычных мусульманских ресурсах часто осуждают девушек, у которых из-под платка видны волосы или нижняя часть подбородка: богословы считают, что эта область не является частью лица, а значит, должна быть закрыта, как и шея. «Правильный» хиджаб полностью закрывает всё, кроме лица, из-под него может торчать специальная облегающая шапочка, но волосы должны оставаться внутри. Например, ресурс «Ислам.ру» сообщает, что девушки, у которых видна шея, волосы и часть головы, «попадают под грех», если их видят посторонние мужчины. Вообще, на мусульманских форумах можно найти ответ на любой волнующий вопрос, в том числе из сферы бьюти: например, можно ли мусульманке красить ногти или нет (правильный ответ — нельзя, иначе омовение перед намазом не засчитывается). 

Запрет или разрешение

Обозревательница DW Сабине Фабер уверена, что тотальный запрет паранджи, которую считают символом угнетения даже прогрессивные мусульманки, не решит проблему, а только усугубит её: когда такой закон вступает в силу, религиозные мужья просто запрещают жёнам выходить на улицу, и консервативное мусульманское сообщество ещё больше замыкается в себе. Та же ситуация с хиджабами в школах: запрещая девочкам приходить на уроки в платке, власти, по сути, лишают их возможности получить светское образование и сделать осознанный выбор. И если запрет на головные уборы, полностью или частично закрывающие лицо, ещё можно объяснить заботой о безопасности, то боязнь хиджаба, прикрывающего только волосы и шею, больше похожа на проявление нетерпимости, чем на борьбу с террористической угрозой.

Большинство демократических стран вынуждены постоянно балансировать между светскостью и свободой вероисповедания — и тут всё не совсем очевидно. Французские власти пошли дальше других, отвергая любую религиозную атрибутику, поэтому в школах платки запрещены, а право находиться на пляже в буркини мусульманкам удалось отстоять только через Верховный суд. В России такой запрет действует не везде: после недавнего скандала в сельской школе в Мордовии, где учителям запретили носить платки, парламент Чечни принял специальную поправку к закону об образовании, разрешающую школьницам приходить на занятия в хиджабе. Впрочем, ношение хиджаба в республике практически обязательно, а сам вопрос о платке для руководства Чечни — ещё и вопрос политического влияния.

Большинство россиян относятся к хиджабам спокойно: в этом году 50 % респондентов опроса ВЦИОМ сказали, что нужно отменить запрет на ношение головных уборов, чтобы девочки-мусульманки могли спокойно учиться. Практика показывает, что запрет хиджаба порождает множество бытовых проблем — например, до официального разрешения фотографироваться на документы в головном уборе многие мусульманки в Татарстане просто отказывались получать паспорт.

Хотя в религиозных семьях хиджаб воспринимают как обязанность, многие женщины принимают решение «покрыться» самостоятельно — для них хиджаб становится своеобразным манифестом самостоятельности, идентичности и верности принципам. Для молодых мусульманок, живущих в западных странах, это и вовсе становится делом чести. После теракта 11 сентября и последовавшего за ним расцвета исламофобии в любой девушке в платке по умолчанию усматривают террористку — мусульманки считают своим долгом разрушить этот опасный стереотип.

В мире, где женское тело воспринимают как товар, желание скрыть свою красоту от посторонних кажется радикальным

У прогрессивных молодых мусульман, которых Шелина Джанмохамед окрестила «поколением М», есть свои ролевые модели — люди, которые разрушают стереотипы, не отказываясь от своей культуры: например, фехтовальщица Ибтихадж Мухаммад, которая первой среди американок выступила на Олимпиаде в хиджабе, или лауреатка Нобелевской премии Малала Юсуфзай. У мусульманского комьюнити есть свои мемы, паблики и каналы на YouTube, свои марки одежды и халяльные стартапы, музыка и модные клипы в духе «хиджаб-свэга»: например, певица Мона в своём зажигательном треке заявляет, что плевать хотела на хейтеров и не собирается ни перед кем отчитываться за свой хиджаб.

Исламская мода давно вышла за пределы тусовки «мипстеров» и укрепляет свои позиции во всём мире: Marks & Spencer взялись за буркини, DKNY, Uniqlo, Mango и Tommy Hilfiger выпускают капсульные коллекции к Рамадану, Dolce & Gabbana делают специально для мусульманских стран линию абай, а «курс на скромность» взяли на подиумах в Милане, Париже и Нью-Йорке.

Если телевидение скорее демонизирует ислам, то социальные сети делают мусульманскую культуру ближе и понятнее: например, на видеоблог Айдан Мамедовой, которая с юмором отвечает на вопросы о своей религии, тестирует косметику и делится рассуждениями о жизни, подписано почти 150 тысяч человек, и далеко не все они мусульмане. Хиджаб-активистки предлагают женщинам примерить платок, чтобы почувствовать себя на месте мусульманок: как правило, девушки, впервые покрывшие голову, чувствуют себя на удивление комфортно.

Как бы парадоксально это ни звучало, хиджаб может быть и феминистским жестом: в своём популярном обращении Ханна Юсуф объясняет, что представление об «угнетённых восточных женщинах» — продукт снисходительного колониализма, а хиджаб может быть не только религиозным символом, но и способом выступить против культуры насилия. Желание скрыть свою красоту от посторонних — своеобразный ответ миру, где женское тело сексуализируют и воспринимают как товар. И все же радикальные феминистки считают привязанность к хиджабу проявлением стокгольмского синдрома. А умеренные просто поддерживают право женщин носить то, что им нравится — будь то брюки, крошечное бикини или чёрное покрывало. «Нет ничего освобождающего в том, чтобы покрываться, как и в том, чтобы показывать любые части своего тела. Настоящая свобода — в возможности выбирать», — резюмирует Юсуф. 

девушка в хиджабе с парнем с бородой

Нурия

Я выросла в Уфе в семье хирурга и гинеколога, в школе училась в физмат-классе, слушала панк и хардкор, выросла на американских фильмах, европейских книгах. О религии, о национальности тогда даже не задумывалась. Потом поступила в НИУ ВШЭ на факультет социологии, и в 

Москве мне постепенно дали понять, что я «не русская». Только тут я поняла, что татарка. Наверно, в этот момент я могла «обрусеть», сменить имя, слиться с большинством, но так получилось, что я, наоборот, начала интересоваться своими корнями, историей и религией народов Поволжья.

Начав изучать Коран, я была в шоке: там написано, что наша Вселенная расширяется, что наши небо (атмосфера) и земля изначально были единым «облаком», а потом были разделены, там описан процесс появления зародыша и ещё много всего. Тогда я почувствовала и поверила, что это учение не может быть творением человека, что это нечто несравнимо большее. Так я обрела веру, произнесла Шахаду, стала мусульманкой, начала читать намаз. Вопрос о хиджабе я восприняла как заботу Творца обо мне. Начала молиться, чтобы Всевышний помог мне покрыться так, чтобы это стало благом для моей нынешней жизни и следующей после смерти.

Сперва я надела тюрбан и начала носить закрытую одежду, потом постепенно закрыла шею платком. Тогда я ещё училась и жила в общежитии. Я там со всеми хорошо общалась, и моё решение «покрыться» восприняли нормально. Я рада, что училась именно во ВШЭ, там учатся и работают люди с большим кругозором. Понимают, что образ жизни человека необязательно должен совпадать с их собственным.

девушка в хиджабе с парнем с бородой

В хиджабе я ощущаю себя «под покровительством», защищённой от внешней суеты. Он даёт мне ощущение целостности, покоя

Я живу далеко от родителей, и они всё время беспокоятся обо мне. Когда я приехала к ним на каникулы в платке, конечно, они испугались, что я попала под влияние какой-то секты. Сами они люди не религиозные, об исламе судили в основном по новостям в телевизоре. Мама сказала, что ей стыдно выйти со мной на улицу, что я должна снять платок и быть «как все нормальные люди». Больше всего она боялась, что я не смогу найти работу. Когда я устроилась по специальности в крупную международную компанию, мама успокоилась.

В хиджабе я ощущаю себя «под покровительством», защищённой от внешней суеты. Он даёт мне ощущение целостности, покоя. Для мусульманина важно найти баланс между мирским и духовным, золотую середину. Для меня платок — маячок: когда у меня возникает желание его снять, я понимаю, что слишком погрузилась в мирское и нужно поработать над духовным.

Что бы ни говорили, завет мужчинам и женщинам закрывать своё тело от посторонних — один из элементов религии. Мне кажется, что у мусульманок, которые не носят платок, есть какой-то конфликт и дискомфорт либо внутри, либо с их окружением.

Когда у меня плохое настроение, мне кажется, что люди косо смотрят на меня, шепчутся за моей спиной. Когда у меня хорошее настроение, то даже когда рядом начинают громко говорить «вернулась бы в свой аул», я просто улыбаюсь им и иду дальше. «Шутки» про бомбу или терроризм отпускают в основном пьяные молодые люди. Мне кажется, что у нас в стране к любому человеку, который отличается от большинства, будут претензии. Дело даже не в хиджабе — люди найдут, к чему придраться.

девушка в хиджабе с парнем с бородой

Асия

Я приняла ислам четыре года назад, но покрылась не сразу, а где-то через год. И весь этот год я мучилась, понимая, что предписание покрываться такое же обязательное, как молитва пять раз в день — и оно касается не только мусульманок, но и вообще всех женщин. Это мудрость 

Господа, его веление и милость для нас. Человек слаб и подвластен разным наущениям со стороны, поэтому и я не могла сразу покрыться — иногда завязывала что-то на голову, но это был не хиджаб. Потом я поехала в Марокко на месяц Рамадан, и там произошёл инцидент, связанный со здоровьем: мне физически было очень плохо, я сильно отравилась, и одновременно почувствовала себя ничтожной. Это может случиться с любым человеком: когда хорошо себя чувствуешь, кажется, что всё можешь, что для тебя нет преград, но когда тело даёт сбой, ты прекращаешь чувствовать себя всесильным. Я тогда совсем ослабла, и вдруг мне захотелось покрыться — я поняла, что без этого я не защищена, даже когда соблюдаю все остальные предписания моей религии. Я почувствовала, что раньше была лицемеркой, и сразу же надела хиджаб — вернулась в Москву в нём и больше не снимала.

Мои друзья и родственники отреагировали на удивление спокойно — ни с чьей стороны я не почувствовала агрессии. Я всегда одевалась не совсем тривиально, поэтому, наверное, многие восприняли хиджаб как часть какого-то нового образа, а лишних вопросов никто не задавал. По одежде, которую я носила раньше, я совсем не скучаю — все старые вещи уже раздала. Сейчас я думаю, что самовыражение через одежду и внешность — для тех, кто не может проявить себя иначе.

девушка в хиджабе с парнем с бородой

Иногда я еду в метро, и мне кажется диким, что не все женщины покрыты, что они показывают себя

Мне нетрудно соблюдать предписания ислама. Когда ты понимаешь, кто твой Создатель, осознаёшь, что на первом месте не твои мелкие дела, а благодарность богу, всегда найдёшь пять минут, чтобы помолиться. Люди тратят гораздо больше времени на абсолютно бесполезные дела. Молитва — вдохновение, в это время ты предаёшься тому, что действительно важно, и твоя маленькая жизнь приобретает смысл. Люди, которые считают, что это ограничение свободы, очень заблуждаются. Это и есть свобода — эта жизнь конечна, а следующая жизнь вечная, надо готовиться к ней.

Когда я покрыта, я чувствую себя защищённой. Не представляю, как бы я сейчас вышла на улицу без хиджаба. Нет никакой тоски по тому, чтобы мои волосы развевал ветер. Иногда я еду в метро, и мне кажется диким, что не все женщины покрыты, что они показывают себя. Ведь это предписание для всех: все религии говорят, что женщина должна быть как бы в коконе, должна быть закрыта. Хиджаб защищает женщин и от чужих взглядов, и от самих себя. Женщина ведь слабое существо, от неё больше всего смуты и грязи, и поэтому на нас лежит большая ответственность — не стоит выставлять свою красоту напоказ. Это универсальное правило — не временное, не национальное, не культурное. Для мужчин аналог хиджаба — это борода, символ мужественности и скромности.

девушка в хиджабе с парнем с бородой

Милана

Я приняла ислам совсем недавно, в сентябре прошлого года. Всё началось со знакомства с молодым человеком, который впоследствии стал моим мужем. Мне понравился его настрой, его менталитет, я задавала вопросы, и он стал рассказывать мне о своей религии. Я вспомнила, что лет пять 

назад я задумывалась о том, чтобы принять ислам, но тогда это отошло на второй план на фоне других ярких событий в жизни. Чем больше я узнавала о исламе, тем больше понимала, что законы шариата сходятся с моим пониманием мира. Я нашла ответы на многие вопросы, которые меня мучили всю жизнь. Не прошло и двух месяцев, как я чётко поняла, что хочу принять ислам, и пришла в мечеть уже в хиджабе.

Моя семья отнеслась к моему решению очень негативно. Эта проблема актуальна для многих новообращённых мусульманок: многие спрашивают меня, что делать с реакцией близких, как с этим бороться, но я не знаю. Мои родные до сих пор не уважают мою религию и пытаются на меня давить, чтобы я вернулась к прежней жизни. Говорят, что я была амбициозной девушкой с большим будущим, а теперь стала ханжой. Это неприятно, и нужно много работать, в первую очередь над собой, чтобы преодолевать сопротивление и не отвечать негативом.

Когда я только собиралась принять ислам, у меня совсем не было денег, чтобы купить хиджаб. Когда моя подруга-мусульманка спросила, почему я медлю с покрытием, я рассказала, что это финансовая проблема, она посмеялась и подарила мне хиджаб. Я дошла в нём до дома — помню, что уже лежал снег и была почти зима, а дома сняла его и через пять минут уже вышла на улицу без хиджаба, просто в обычном платке. Потом было очень стыдно.

Когда я приняла ислам и вышла из мечети в хиджабе, я почувствовала себя чистой — как будто только что родилась. Раньше я замечала много заинтересованных взглядов, прикованных к моему телу, а начав носить хиджаб, стала замечать другие взгляды — уважительные. Хиджаб меня возвеличил, а не унизил, это очень интересное ощущение. В первую очередь он защищает от мужских взглядов — от тех, кто смотрит на тебя как на кусок мяса, а ещё хиджаб отгораживает от грехов окружающего мира.

девушка в хиджабе с парнем с бородой

К косым взглядам я отношусь очень спокойно: в прошлой жизни я была лысая, вся в пирсинге и татуировках, поэтому к переизбытку внимания привыкла

К косым взглядам я отношусь очень спокойно: в прошлой жизни я была лысая, вся в пирсинге, татуировках и часто выглядела, как Леди Гага, поэтому к переизбытку внимания привыкла. Однажды я хотела подойти к женщине на улице, чтобы спросить дорогу, а она не подпустила меня к себе, начала кричать и оскорблять. Это было смешно и чуть-чуть обидно.

Бывают приступы, когда смотришь старые фотографии и вроде хочется вернуться в «свободную» прежнюю жизнь — но когда спрашиваешь себя зачем, понимаешь, что в этом нет смысла. Для меня ислам — это истина, и даже если я сниму хиджаб, перестану молиться и держать пост, я останусь мусульманкой и не смогу от этого отказаться.

Думаю, что мировоззрение человека начинает формироваться очень рано, ещё до трёх лет. Если у меня будет дочь, я с детства объясню ей, что хиджаб — это обязанность, которая идёт на пользу ей самой. Думаю, при таком воспитании она сама захочет носить хиджаб, а дальше — посмотрим, как распорядится Всевышний, так и будет.

Мне, как многим девочкам, хочется постоянно покупать новые платки и одежду — но надо помнить, что расточительство — тоже порок. Платки я скручиваю в рулоны и кладу на полку пирамидкой. Самые экстравагантные из моих старых вещей я оставила себе и надеваю дома, для мужа — когда он приходит домой, я встречаю его очень красивая.

Раньше я профессионально занималась спортом, а сейчас взяла паузу, но в будущем планирую возобновить занятия пауэрлифтингом, хотя бы на любительском уровне. Буду заниматься в шароварах и толстовке или длинной спортивной тунике. Я занимаюсь тяжёлой атлетикой, там нет резких движений вроде бега или прыжков, так что такая одежда не стесняет движений.

девушка в хиджабе с парнем с бородой

Зухра

Я родилась на Северном Кавказе, и на самом деле там далеко не все ходят в хиджабах — наоборот, нигде, кроме особо религиозных регионов вроде Чечни, это не поощряется. В западной части Северного Кавказа если девочка надевает хиджаб — это тревожный звоночек: до недавнего времени это, 

как правило, значило, что она влюбилась в мальчика-ваххабита, что вызывало понятную негативную реакцию у семьи. Сейчас это не так, многие девушки действительно носят хиджаб по личным религиозным соображениям.

Советский Союз внёс свои коррективы, поэтому сейчас гораздо больше распространён светский ислам — «мы всё знаем, соблюдаем основные правила, но верим в душе, поэтому не носим хиджаб». При этом в Кабардино-Балкарии, где я родилась, многие женщины начинают носить платок после замужества — это связано скорее не с религией, а с местной культурой. Традиция трансформировалась так, что платок обязательно носить не постоянно, а только при родственниках мужа: получается, что если ты живёшь со свекром и свекровью, то покрываешь голову постоянно, а если ездишь к родне раз в месяц — надеваешь раз в месяц.

Думаю, исторически хиджаб действительно связан с угнетением женщин (вспомнить хотя бы иранскую религиозную революцию), но если девушку никто не заставляет покрываться, а она сама этого хочет, дико ей это запрещать. Это её право. В моём регионе девочек не заставляют носить платок, но иногда они вырастают и приходят к этому сами. В конце концов, это просто элемент одежды, запретить хиджаб — это как запретить штаны. Но когда к этому принуждают, как, например, в Иране или в Чечне, где обязательно нужно покрывать голову, хиджаб действительно становится символом угнетения.

девушка в хиджабе с парнем с бородой

Думаю, исторически хиджаб действительно связан с угнетением женщин, но если девушку никто не заставляет покрываться, а она сама этого хочет, дико ей это запрещать

Радикальные мусульмане не считают светский ислам настоящим, и в чём-то они правы: светские мусульмане не живут по канонам, которые прописаны в Коране. Это на самом деле очень глубокая тема, о которой в двух словах не расскажешь. Для меня самой национальная идентичность всегда была важнее религиозной. Наверное, если бы я вышла замуж в селе и должна была носить платок перед родственниками мужа, я бы его носила, потому что это дань уважения традиции. Многие женщины на Северном Кавказе носят платок, но это не хиджаб — они просто завязывают его узлом сзади, видны волосы. Часто взрослые женщины разрешают невесткам не носить платок при родне, если они не хотят. Конечно, религиозные люди на это могут сказать, что они живут неправильно и сгорят в аду, но на Кавказе учат ещё и уважать старших — так что тут сталкиваются две установки.

Сейчас вообще трудно чем-то удивить: у меня есть знакомая, которая раньше носила дреды и курила втайне от родителей, а теперь ходит в хиджабе, есть и обратные случаи — когда женщины снимают платок. Часто это бывает как раз после того, как они расходятся с радикально религиозными мужчинами: когда муж уходит в горы боевиком, жена понимает, что что-то пошло не так, и постепенно отказывается от хиджаба. У меня есть знакомая, которая обычно не носит хиджаб, но надевает специальный чёрный балахон с капюшоном на время намаза. Так же поступает моя тётя — она вся такая светская, покрасилась в блондинку, но делает намаз и на это время покрывает голову. Религиозные ребята говорят, что так нельзя: по идее, ты должен в обычной жизни выглядеть так же, как во время молитвы, чтобы тебе никогда не было стыдно показаться перед богом. 

Мусульман стыдят вообще за всё — например, если ты куришь и делаешь намаз, тебе скажут, что ты лицемер. Мне кажется, это неправильно, потому что так ислам никогда не адаптируется: обвиняя человека в лицемерии за любые несоответствия строгой норме, его только подталкивают к радикализму.

Фотографии:
Люба Козорезова

Макияж:
Фариза Родригес 

Иллюстрации и верстка:
Даша Чертанова

ПРОДЮСЕР:
Катя Старостина

ксюша петрова 

Вряд ли существует предмет гардероба, который вызывает более яростные споры, чем головной убор мусульманок. Хиджаб никогда не был «просто платком», а глобализация и вовсе превратила кусок ткани в культурный, религиозный и политический символ, который олицетворяет мусульманский мир и прежде всего представления европейцев о нём. В России о разрешении и запрете на платок неистово спорят федеральный министр образования и глава Чечни — а родители учениц оспаривают право на ношение хиджаба в суде, во Франции только-только утихли скандалы вокруг запрета буркини, из-за которого представителей власти обвинили в исламофобии, а буквально на днях в Австрии решили запретить бурки и никабы, закрывающие лицо.

Пока одни призывают «освободить женщин Востока», сорвав с них покрывала, другие выступают за право выбора для каждой, независимо от того, хочет женщина загорать топлес или прятать своё тело от любопытных взглядов. У части светских европейцев хиджаб (например, в школе) вызывает аллергию уже сам по себе, как напоминание о чужой религиозности, а радикальные правые просто убеждены, что полная ассимиляция — это правило общежития, которое не оспаривается.

При этом рынок мусульманской моды растёт так стремительно, что не считаться с ним уже невозможно: мусульмане-миллениалы имеют огромное влияние на современную культуру, где традиции плавятся в одном котле, но вопрос о гуманности и символической ценности хиджаба возникает снова и снова.

Разбираемся, что значит хиджаб сегодня и какие точки зрения существуют среди исследователей и самих верующих. 

девушка в хиджабе с парнем с бородой

Не просто платок

Хиджаб в переводе с арабского значит «преграда» или «покрывало», и часто так называют сам платок, которым мусульманки покрывают голову. Однако на самом деле значение термина гораздо шире: хиджаб — это не только головной убор, но и вся одежда, соответствующая мусульманским представлениям о том, как выглядит достойная женщина (то есть любое непрозрачное одеяние, открывающее только лицо и кисти рук и не облегающее фигуру). Существует и «внутренний хиджаб» — под этим подразумевают душевные качества, например целомудрие и уважение к богу, но «внутренний хиджаб», в отличие от покрытой головы, в глаза не бросается, поэтому и вопросов не вызывает.

Основные принципы мусульманского дресс-кода содержатся в Коране и довольно однозначно интерпретируются богословами. В аяте 24:31 сказано, что мусульманкам стоит «оберегать свои половые органы», «прикрывать покрывалами вырез на груди» и не показывать свою красоту никому, кроме мужа и других близких, относящихся к категории махрам — так называются все родственники, за которых женщина по закону не может выйти замуж. В аяте 24:60 уточняется, что пожилые женщины, которые уже не собираются замуж, могут не так строго следовать предписаниям о хиджабе, но всё-таки лучше от них не отклоняться. И наконец в аяте 33:59 есть требование о головном уборе: мусульманкам советуют «сближать на себе свои покрывала», чтобы другие люди их не приняли за «рабынь или блудниц», то есть относились с уважением. Девочки обязаны носить хиджаб с начала пубертата — первой менструации.

В большинстве нынешних мусульманских стран традиция покрывать голову существовала задолго до ислама, который появился лишь в VII веке

В Коране нет описания конкретных видов скромной одежды, поэтому и цвет хиджаба, и фасоны сильно отличаются от региона к региону. Например, в ОАЭ и Саудовской Аравии и мужчины, и женщины одеваются похоже и покрывают голову, но традиционный цвет женского платья — чёрный, а мужской — более подходящий к местному климату белый. Существует любопытная версия, связывающая такое распределение с военной историей: якобы сражения между арабскими племенами часто происходили ночью, и женщина, одетая в чёрное, могла незаметно скрыться, а мужчины специально одевались так, чтобы их было видно издалека.

В большинстве нынешних мусульманских стран традиция покрывать голову существовала задолго до ислама, который появился в VII веке. Привычное платье лишь адаптировалось к требованиям новой религии, не растворяясь в них окончательно, что породило множество разновидностей национального мусульманского костюма. В арабских странах женщин чаще всего можно увидеть в чёрных абайях с вышивкой, в Индии мусульманки носят яркие сари или сальвар-камизы (комплекты из широких брюк, длинной туники и шарфа или платка), а иранки из деревень вокруг Персидского залива прикрывают лицо расшитыми бисером или металлическими масками, напоминающими накладные усы.

«Хиджаб, никаб, паранджа и так далее — это всё местные традиции: как принято в регионе и как разрешает муж. Разрешит муж ходить с открытым лицом — можно, разрешит ходить в платке и джинсах — можно, — объясняет доцент Центра изучения религий РГГУ Светлана Бабкина. — Всё зависит от либерализма страны и либерализма мужа в пределах либерализма страны».

В узком смысле слова — обычно четырёхугольный платок или комбинация из пары платков, которые прикрывают голову и шею, но оставляют открытым лицо. Это самая «светская» форма мусульманского платья, которую вы наверняка часто видите на улице. Молодые мусульманки носят хиджаб даже с джинсами и трениками.

Длинная накидка, обычно чёрного или белого цвета. Закрывает всё тело с головы до ног, кроме лица, и запахивается спереди, носится преимущественно вне дома. Чадру часто закалывают под подбородком или держат руками, чтобы она не упала во время ходьбы. Чаще всего встречается в Иране и Афганистане, но есть и в других странах Ближнего Востока. 

Покрывало с прорезью для глаз, полностью закрывающее практически всё тело с головы до ног. Больше всего распространён в странах Персидского залива, но всё чаще встречается и в западных странах, где такой вид мусульманской одежды не приветствуется (никаб запретили в нескольких странах, последней это сделала Австрия).

Самое строгое из всех мусульманских одеяний, которое широко распространено лишь в Афганистане и Пакистане. Паранджа закрывает абсолютно всё тело, включая лицо и глаза: они прикрыты сеткой так, что разглядеть их снаружи невозможно. Такое одеяние было обязательно для всех женщин во время правления талибов, из-за чего стало символом рабского положения афганских женщин.

Удобный купальный костюм, который изобрела австралийка ливанского происхождения Ахида Занетти и подхватили светские бренды вроде Marks & Spencer. Ещё одно нововведение последних лет — спортивные хиджабы, в которых спортсменки-мусульманки впервые участвовали в Олимпиаде-2016: именно в Рио был сделан исторический кадр с египетской и немецкой волейболистками.

Символ угнетения или феминистский жест

Хиджаб тянет за собой огромный багаж негативных ассоциаций: неудивительно, что эмансипированный Запад считает покрытую голову символом бесправия, в котором до сих пор живут миллионы женщин. В той же Саудовской Аравии гражданки не могут водить автомобиль и появляться на публике без сопровождающего-мужчины, а в Афганистане можно и вовсе поплатиться жизнью, отправившись за продуктами в одиночестве. Западным политикам, приезжающим на переговоры в мусульманские страны, приходится выбирать между данью уважения местным традициям (Валентина Матвиенко, например, для визита в Саудовскую Аравию обзавелась зелёным хиджабом) или наглядной демонстрацией европейских ценностей: покрывать голову даже для встречи с королевскими особами отказываются Ангела Меркель и её министр обороны Германии Урсула фон дер Ляйен, и, конечно, так же поступает французская представительница ультраправых Марин Ле Пен.

Выступления европейских политиков против мусульманского дресс-кода вряд ли можно назвать смелыми: одно дело, когда ты руководишь мировой державой и приехала в консервативную страну с дипломатическим визитом, и совсем другое — когда ты выросла в этой культуре и выступаешь против системы, реально рискуя свободой и жизнью. Тем не менее в странах, где отсутствие хиджаба карается по закону, появляются протестные группы, выступающие за право на выбор: например, сторонницы иранского движения My Stealthy Freedom публикуют в социальных сетях свои фотографии с непокрытой головой, в джинсах и с макияжем. Мужчины-профеминисты, наоборот, надевают хиджаб, чтобы поддержать своих жён и подруг.

Ещё один пример — сирийки, побывавшие в плену у боевиков ИГИЛ (организация признана террористической, её деятельность на территории РФ запрещена. — Прим. ред.): оказавшись на свободе, женщины демонстративно сжигают чёрные бурки, которые на них надели террористы-фундаменталисты. Трудно тут не вспомнить западных феминисток, которым приписывают сжигание лифчиков в знак протеста против патриархата — но, как и любая яркая медийная картинка, этот пример не отражает сложную действительность.

девушка в хиджабе с парнем с бородой

На русскоязычных мусульманских ресурсах часто осуждают девушек, у которых из-под платка видны волосы или нижняя часть подбородка: богословы считают, что эта область не является частью лица, а значит, должна быть закрыта, как и шея. «Правильный» хиджаб полностью закрывает всё, кроме лица, из-под него может торчать специальная облегающая шапочка, но волосы должны оставаться внутри. Например, ресурс «Ислам.ру» сообщает, что девушки, у которых видна шея, волосы и часть головы, «попадают под грех», если их видят посторонние мужчины. Вообще, на мусульманских форумах можно найти ответ на любой волнующий вопрос, в том числе из сферы бьюти: например, можно ли мусульманке красить ногти или нет (правильный ответ — нельзя, иначе омовение перед намазом не засчитывается). 

Запрет или разрешение

Обозревательница DW Сабине Фабер уверена, что тотальный запрет паранджи, которую считают символом угнетения даже прогрессивные мусульманки, не решит проблему, а только усугубит её: когда такой закон вступает в силу, религиозные мужья просто запрещают жёнам выходить на улицу, и консервативное мусульманское сообщество ещё больше замыкается в себе. Та же ситуация с хиджабами в школах: запрещая девочкам приходить на уроки в платке, власти, по сути, лишают их возможности получить светское образование и сделать осознанный выбор. И если запрет на головные уборы, полностью или частично закрывающие лицо, ещё можно объяснить заботой о безопасности, то боязнь хиджаба, прикрывающего только волосы и шею, больше похожа на проявление нетерпимости, чем на борьбу с террористической угрозой.

Большинство демократических стран вынуждены постоянно балансировать между светскостью и свободой вероисповедания — и тут всё не совсем очевидно. Французские власти пошли дальше других, отвергая любую религиозную атрибутику, поэтому в школах платки запрещены, а право находиться на пляже в буркини мусульманкам удалось отстоять только через Верховный суд. В России такой запрет действует не везде: после недавнего скандала в сельской школе в Мордовии, где учителям запретили носить платки, парламент Чечни принял специальную поправку к закону об образовании, разрешающую школьницам приходить на занятия в хиджабе. Впрочем, ношение хиджаба в республике практически обязательно, а сам вопрос о платке для руководства Чечни — ещё и вопрос политического влияния.

Большинство россиян относятся к хиджабам спокойно: в этом году 50 % респондентов опроса ВЦИОМ сказали, что нужно отменить запрет на ношение головных уборов, чтобы девочки-мусульманки могли спокойно учиться. Практика показывает, что запрет хиджаба порождает множество бытовых проблем — например, до официального разрешения фотографироваться на документы в головном уборе многие мусульманки в Татарстане просто отказывались получать паспорт.

Хотя в религиозных семьях хиджаб воспринимают как обязанность, многие женщины принимают решение «покрыться» самостоятельно — для них хиджаб становится своеобразным манифестом самостоятельности, идентичности и верности принципам. Для молодых мусульманок, живущих в западных странах, это и вовсе становится делом чести. После теракта 11 сентября и последовавшего за ним расцвета исламофобии в любой девушке в платке по умолчанию усматривают террористку — мусульманки считают своим долгом разрушить этот опасный стереотип.

В мире, где женское тело воспринимают как товар, желание скрыть свою красоту от посторонних кажется радикальным

У прогрессивных молодых мусульман, которых Шелина Джанмохамед окрестила «поколением М», есть свои ролевые модели — люди, которые разрушают стереотипы, не отказываясь от своей культуры: например, фехтовальщица Ибтихадж Мухаммад, которая первой среди американок выступила на Олимпиаде в хиджабе, или лауреатка Нобелевской премии Малала Юсуфзай. У мусульманского комьюнити есть свои мемы, паблики и каналы на YouTube, свои марки одежды и халяльные стартапы, музыка и модные клипы в духе «хиджаб-свэга»: например, певица Мона в своём зажигательном треке заявляет, что плевать хотела на хейтеров и не собирается ни перед кем отчитываться за свой хиджаб.

Исламская мода давно вышла за пределы тусовки «мипстеров» и укрепляет свои позиции во всём мире: Marks & Spencer взялись за буркини, DKNY, Uniqlo, Mango и Tommy Hilfiger выпускают капсульные коллекции к Рамадану, Dolce & Gabbana делают специально для мусульманских стран линию абай, а «курс на скромность» взяли на подиумах в Милане, Париже и Нью-Йорке.

Если телевидение скорее демонизирует ислам, то социальные сети делают мусульманскую культуру ближе и понятнее: например, на видеоблог Айдан Мамедовой, которая с юмором отвечает на вопросы о своей религии, тестирует косметику и делится рассуждениями о жизни, подписано почти 150 тысяч человек, и далеко не все они мусульмане. Хиджаб-активистки предлагают женщинам примерить платок, чтобы почувствовать себя на месте мусульманок: как правило, девушки, впервые покрывшие голову, чувствуют себя на удивление комфортно.

Как бы парадоксально это ни звучало, хиджаб может быть и феминистским жестом: в своём популярном обращении Ханна Юсуф объясняет, что представление об «угнетённых восточных женщинах» — продукт снисходительного колониализма, а хиджаб может быть не только религиозным символом, но и способом выступить против культуры насилия. Желание скрыть свою красоту от посторонних — своеобразный ответ миру, где женское тело сексуализируют и воспринимают как товар. И все же радикальные феминистки считают привязанность к хиджабу проявлением стокгольмского синдрома. А умеренные просто поддерживают право женщин носить то, что им нравится — будь то брюки, крошечное бикини или чёрное покрывало. «Нет ничего освобождающего в том, чтобы покрываться, как и в том, чтобы показывать любые части своего тела. Настоящая свобода — в возможности выбирать», — резюмирует Юсуф. 

девушка в хиджабе с парнем с бородой

Нурия

Я выросла в Уфе в семье хирурга и гинеколога, в школе училась в физмат-классе, слушала панк и хардкор, выросла на американских фильмах, европейских книгах. О религии, о национальности тогда даже не задумывалась. Потом поступила в НИУ ВШЭ на факультет социологии, и в 

Москве мне постепенно дали понять, что я «не русская». Только тут я поняла, что татарка. Наверно, в этот момент я могла «обрусеть», сменить имя, слиться с большинством, но так получилось, что я, наоборот, начала интересоваться своими корнями, историей и религией народов Поволжья.

Начав изучать Коран, я была в шоке: там написано, что наша Вселенная расширяется, что наши небо (атмосфера) и земля изначально были единым «облаком», а потом были разделены, там описан процесс появления зародыша и ещё много всего. Тогда я почувствовала и поверила, что это учение не может быть творением человека, что это нечто несравнимо большее. Так я обрела веру, произнесла Шахаду, стала мусульманкой, начала читать намаз. Вопрос о хиджабе я восприняла как заботу Творца обо мне. Начала молиться, чтобы Всевышний помог мне покрыться так, чтобы это стало благом для моей нынешней жизни и следующей после смерти.

Сперва я надела тюрбан и начала носить закрытую одежду, потом постепенно закрыла шею платком. Тогда я ещё училась и жила в общежитии. Я там со всеми хорошо общалась, и моё решение «покрыться» восприняли нормально. Я рада, что училась именно во ВШЭ, там учатся и работают люди с большим кругозором. Понимают, что образ жизни человека необязательно должен совпадать с их собственным.

девушка в хиджабе с парнем с бородой

В хиджабе я ощущаю себя «под покровительством», защищённой от внешней суеты. Он даёт мне ощущение целостности, покоя

Я живу далеко от родителей, и они всё время беспокоятся обо мне. Когда я приехала к ним на каникулы в платке, конечно, они испугались, что я попала под влияние какой-то секты. Сами они люди не религиозные, об исламе судили в основном по новостям в телевизоре. Мама сказала, что ей стыдно выйти со мной на улицу, что я должна снять платок и быть «как все нормальные люди». Больше всего она боялась, что я не смогу найти работу. Когда я устроилась по специальности в крупную международную компанию, мама успокоилась.

В хиджабе я ощущаю себя «под покровительством», защищённой от внешней суеты. Он даёт мне ощущение целостности, покоя. Для мусульманина важно найти баланс между мирским и духовным, золотую середину. Для меня платок — маячок: когда у меня возникает желание его снять, я понимаю, что слишком погрузилась в мирское и нужно поработать над духовным.

Что бы ни говорили, завет мужчинам и женщинам закрывать своё тело от посторонних — один из элементов религии. Мне кажется, что у мусульманок, которые не носят платок, есть какой-то конфликт и дискомфорт либо внутри, либо с их окружением.

Когда у меня плохое настроение, мне кажется, что люди косо смотрят на меня, шепчутся за моей спиной. Когда у меня хорошее настроение, то даже когда рядом начинают громко говорить «вернулась бы в свой аул», я просто улыбаюсь им и иду дальше. «Шутки» про бомбу или терроризм отпускают в основном пьяные молодые люди. Мне кажется, что у нас в стране к любому человеку, который отличается от большинства, будут претензии. Дело даже не в хиджабе — люди найдут, к чему придраться.

девушка в хиджабе с парнем с бородой

Асия

Я приняла ислам четыре года назад, но покрылась не сразу, а где-то через год. И весь этот год я мучилась, понимая, что предписание покрываться такое же обязательное, как молитва пять раз в день — и оно касается не только мусульманок, но и вообще всех женщин. Это мудрость 

Господа, его веление и милость для нас. Человек слаб и подвластен разным наущениям со стороны, поэтому и я не могла сразу покрыться — иногда завязывала что-то на голову, но это был не хиджаб. Потом я поехала в Марокко на месяц Рамадан, и там произошёл инцидент, связанный со здоровьем: мне физически было очень плохо, я сильно отравилась, и одновременно почувствовала себя ничтожной. Это может случиться с любым человеком: когда хорошо себя чувствуешь, кажется, что всё можешь, что для тебя нет преград, но когда тело даёт сбой, ты прекращаешь чувствовать себя всесильным. Я тогда совсем ослабла, и вдруг мне захотелось покрыться — я поняла, что без этого я не защищена, даже когда соблюдаю все остальные предписания моей религии. Я почувствовала, что раньше была лицемеркой, и сразу же надела хиджаб — вернулась в Москву в нём и больше не снимала.

Мои друзья и родственники отреагировали на удивление спокойно — ни с чьей стороны я не почувствовала агрессии. Я всегда одевалась не совсем тривиально, поэтому, наверное, многие восприняли хиджаб как часть какого-то нового образа, а лишних вопросов никто не задавал. По одежде, которую я носила раньше, я совсем не скучаю — все старые вещи уже раздала. Сейчас я думаю, что самовыражение через одежду и внешность — для тех, кто не может проявить себя иначе.

девушка в хиджабе с парнем с бородой

Иногда я еду в метро, и мне кажется диким, что не все женщины покрыты, что они показывают себя

Мне нетрудно соблюдать предписания ислама. Когда ты понимаешь, кто твой Создатель, осознаёшь, что на первом месте не твои мелкие дела, а благодарность богу, всегда найдёшь пять минут, чтобы помолиться. Люди тратят гораздо больше времени на абсолютно бесполезные дела. Молитва — вдохновение, в это время ты предаёшься тому, что действительно важно, и твоя маленькая жизнь приобретает смысл. Люди, которые считают, что это ограничение свободы, очень заблуждаются. Это и есть свобода — эта жизнь конечна, а следующая жизнь вечная, надо готовиться к ней.

Когда я покрыта, я чувствую себя защищённой. Не представляю, как бы я сейчас вышла на улицу без хиджаба. Нет никакой тоски по тому, чтобы мои волосы развевал ветер. Иногда я еду в метро, и мне кажется диким, что не все женщины покрыты, что они показывают себя. Ведь это предписание для всех: все религии говорят, что женщина должна быть как бы в коконе, должна быть закрыта. Хиджаб защищает женщин и от чужих взглядов, и от самих себя. Женщина ведь слабое существо, от неё больше всего смуты и грязи, и поэтому на нас лежит большая ответственность — не стоит выставлять свою красоту напоказ. Это универсальное правило — не временное, не национальное, не культурное. Для мужчин аналог хиджаба — это борода, символ мужественности и скромности.

девушка в хиджабе с парнем с бородой

Милана

Я приняла ислам совсем недавно, в сентябре прошлого года. Всё началось со знакомства с молодым человеком, который впоследствии стал моим мужем. Мне понравился его настрой, его менталитет, я задавала вопросы, и он стал рассказывать мне о своей религии. Я вспомнила, что лет пять 

назад я задумывалась о том, чтобы принять ислам, но тогда это отошло на второй план на фоне других ярких событий в жизни. Чем больше я узнавала о исламе, тем больше понимала, что законы шариата сходятся с моим пониманием мира. Я нашла ответы на многие вопросы, которые меня мучили всю жизнь. Не прошло и двух месяцев, как я чётко поняла, что хочу принять ислам, и пришла в мечеть уже в хиджабе.

Моя семья отнеслась к моему решению очень негативно. Эта проблема актуальна для многих новообращённых мусульманок: многие спрашивают меня, что делать с реакцией близких, как с этим бороться, но я не знаю. Мои родные до сих пор не уважают мою религию и пытаются на меня давить, чтобы я вернулась к прежней жизни. Говорят, что я была амбициозной девушкой с большим будущим, а теперь стала ханжой. Это неприятно, и нужно много работать, в первую очередь над собой, чтобы преодолевать сопротивление и не отвечать негативом.

Когда я только собиралась принять ислам, у меня совсем не было денег, чтобы купить хиджаб. Когда моя подруга-мусульманка спросила, почему я медлю с покрытием, я рассказала, что это финансовая проблема, она посмеялась и подарила мне хиджаб. Я дошла в нём до дома — помню, что уже лежал снег и была почти зима, а дома сняла его и через пять минут уже вышла на улицу без хиджаба, просто в обычном платке. Потом было очень стыдно.

Когда я приняла ислам и вышла из мечети в хиджабе, я почувствовала себя чистой — как будто только что родилась. Раньше я замечала много заинтересованных взглядов, прикованных к моему телу, а начав носить хиджаб, стала замечать другие взгляды — уважительные. Хиджаб меня возвеличил, а не унизил, это очень интересное ощущение. В первую очередь он защищает от мужских взглядов — от тех, кто смотрит на тебя как на кусок мяса, а ещё хиджаб отгораживает от грехов окружающего мира.

девушка в хиджабе с парнем с бородой

К косым взглядам я отношусь очень спокойно: в прошлой жизни я была лысая, вся в пирсинге и татуировках, поэтому к переизбытку внимания привыкла

К косым взглядам я отношусь очень спокойно: в прошлой жизни я была лысая, вся в пирсинге, татуировках и часто выглядела, как Леди Гага, поэтому к переизбытку внимания привыкла. Однажды я хотела подойти к женщине на улице, чтобы спросить дорогу, а она не подпустила меня к себе, начала кричать и оскорблять. Это было смешно и чуть-чуть обидно.

Бывают приступы, когда смотришь старые фотографии и вроде хочется вернуться в «свободную» прежнюю жизнь — но когда спрашиваешь себя зачем, понимаешь, что в этом нет смысла. Для меня ислам — это истина, и даже если я сниму хиджаб, перестану молиться и держать пост, я останусь мусульманкой и не смогу от этого отказаться.

Думаю, что мировоззрение человека начинает формироваться очень рано, ещё до трёх лет. Если у меня будет дочь, я с детства объясню ей, что хиджаб — это обязанность, которая идёт на пользу ей самой. Думаю, при таком воспитании она сама захочет носить хиджаб, а дальше — посмотрим, как распорядится Всевышний, так и будет.

Мне, как многим девочкам, хочется постоянно покупать новые платки и одежду — но надо помнить, что расточительство — тоже порок. Платки я скручиваю в рулоны и кладу на полку пирамидкой. Самые экстравагантные из моих старых вещей я оставила себе и надеваю дома, для мужа — когда он приходит домой, я встречаю его очень красивая.

Раньше я профессионально занималась спортом, а сейчас взяла паузу, но в будущем планирую возобновить занятия пауэрлифтингом, хотя бы на любительском уровне. Буду заниматься в шароварах и толстовке или длинной спортивной тунике. Я занимаюсь тяжёлой атлетикой, там нет резких движений вроде бега или прыжков, так что такая одежда не стесняет движений.

девушка в хиджабе с парнем с бородой

Зухра

Я родилась на Северном Кавказе, и на самом деле там далеко не все ходят в хиджабах — наоборот, нигде, кроме особо религиозных регионов вроде Чечни, это не поощряется. В западной части Северного Кавказа если девочка надевает хиджаб — это тревожный звоночек: до недавнего времени это, 

как правило, значило, что она влюбилась в мальчика-ваххабита, что вызывало понятную негативную реакцию у семьи. Сейчас это не так, многие девушки действительно носят хиджаб по личным религиозным соображениям.

Советский Союз внёс свои коррективы, поэтому сейчас гораздо больше распространён светский ислам — «мы всё знаем, соблюдаем основные правила, но верим в душе, поэтому не носим хиджаб». При этом в Кабардино-Балкарии, где я родилась, многие женщины начинают носить платок после замужества — это связано скорее не с религией, а с местной культурой. Традиция трансформировалась так, что платок обязательно носить не постоянно, а только при родственниках мужа: получается, что если ты живёшь со свекром и свекровью, то покрываешь голову постоянно, а если ездишь к родне раз в месяц — надеваешь раз в месяц.

Думаю, исторически хиджаб действительно связан с угнетением женщин (вспомнить хотя бы иранскую религиозную революцию), но если девушку никто не заставляет покрываться, а она сама этого хочет, дико ей это запрещать. Это её право. В моём регионе девочек не заставляют носить платок, но иногда они вырастают и приходят к этому сами. В конце концов, это просто элемент одежды, запретить хиджаб — это как запретить штаны. Но когда к этому принуждают, как, например, в Иране или в Чечне, где обязательно нужно покрывать голову, хиджаб действительно становится символом угнетения.

девушка в хиджабе с парнем с бородой

Думаю, исторически хиджаб действительно связан с угнетением женщин, но если девушку никто не заставляет покрываться, а она сама этого хочет, дико ей это запрещать

Радикальные мусульмане не считают светский ислам настоящим, и в чём-то они правы: светские мусульмане не живут по канонам, которые прописаны в Коране. Это на самом деле очень глубокая тема, о которой в двух словах не расскажешь. Для меня самой национальная идентичность всегда была важнее религиозной. Наверное, если бы я вышла замуж в селе и должна была носить платок перед родственниками мужа, я бы его носила, потому что это дань уважения традиции. Многие женщины на Северном Кавказе носят платок, но это не хиджаб — они просто завязывают его узлом сзади, видны волосы. Часто взрослые женщины разрешают невесткам не носить платок при родне, если они не хотят. Конечно, религиозные люди на это могут сказать, что они живут неправильно и сгорят в аду, но на Кавказе учат ещё и уважать старших — так что тут сталкиваются две установки.

Сейчас вообще трудно чем-то удивить: у меня есть знакомая, которая раньше носила дреды и курила втайне от родителей, а теперь ходит в хиджабе, есть и обратные случаи — когда женщины снимают платок. Часто это бывает как раз после того, как они расходятся с радикально религиозными мужчинами: когда муж уходит в горы боевиком, жена понимает, что что-то пошло не так, и постепенно отказывается от хиджаба. У меня есть знакомая, которая обычно не носит хиджаб, но надевает специальный чёрный балахон с капюшоном на время намаза. Так же поступает моя тётя — она вся такая светская, покрасилась в блондинку, но делает намаз и на это время покрывает голову. Религиозные ребята говорят, что так нельзя: по идее, ты должен в обычной жизни выглядеть так же, как во время молитвы, чтобы тебе никогда не было стыдно показаться перед богом. 

Мусульман стыдят вообще за всё — например, если ты куришь и делаешь намаз, тебе скажут, что ты лицемер. Мне кажется, это неправильно, потому что так ислам никогда не адаптируется: обвиняя человека в лицемерии за любые несоответствия строгой норме, его только подталкивают к радикализму.

Фотографии:
Люба Козорезова

Макияж:
Фариза Родригес 

Иллюстрации и верстка:
Даша Чертанова

ПРОДЮСЕР:
Катя Старостина

1.02.2014

Мусульманки одного из вузов Казани требуют отменить запрет на ношение головных уборов

1 февраля отмечается Всемирный день мусульманского платка, который в последнее время из обычной одежды превратился в настоящее яблоко раздора. В своей статье, написанной специально для «БИЗНЕС Online», первый заместитель муфтия РТ Рустам Батыр предлагает начать честный разговор «без купюр» на эту животрепещущую тему. Светский принцип государства, считает он, не является препятствием для ношения хиджаба в государственных учреждениях. Однако, по мнению заместителя муфтия РТ, это не повод оправдывать вызывающее поведение девушек в платках, которое они себе порой позволяют. Только через взаимное желание услышать друг друга религиозные и атеистические круги нашего общества смогут преодолеть наметившийся между ними раскол.

ВСЕМИРНЫЙ ФЛЕШМОБ

В Международный день хиджаба мусульмане разных стран проводят оригинальный флешмоб, предложенный два года назад жительницей Нью-Йорка Назмой Хан. Всем желающим предлагают провести один день в хиджабе, прикрывая свое тело от взоров посторонних мужчин. Многим такая затея нравится. В Казани союз мусульманок РТ 1 февраля организует уникальное шоу, наподобие телевизионного «Модного приговора», в котором представительницам прекрасного пола будут подбираться хиджабные варианты разных стилей одежды (делового, свадебного, спортивного, домашнего и вечернего).

Арабское слово «хиджаб» многих путает, ведь у него на самом деле есть два значения. Так, в энциклопедическом словаре «Ислам» отечественной академии наук еще времен СССР сказано, что хиджаб — это «чадра, паранджа, покрывало, накидка, надеваемая женщиной-мусульманкой при выходе на улицу и скрывающая лицо и фигуру». Данное издание 1991 года является последним академическим словарем, фиксирующим существующие достижения исламоведческой науки. Поэтому, говоря формально, с научной точки зрения, хиджаб — это одежда мусульманской женщины, скрывающая не только ее фигуру, но и лицо. Видимо, поэтому с подсказки своих спичрайтеров и советников президент нашей страны Владимир Путин как-то сказал: «В нашей культуре — а когда я говорю о нашей культуре, я имею в виду традиционный ислам — никаких хиджабов то нет». И это действительно так. Для российских мусульман ношение хиджаба, в смысле паранджи, закрывающей лицо, крайне не характерно. Это не наша традиция.

Однако за последние годы значение хиджаба трансформировалось. Теперь под ним мусульмане понимают, как правило, целомудренную, скромную одежду, скрывающую все тело женщины, в том числ и волосы, но оставляющую открытым ее лицо. Покрытие же лица, что имеет распространение у некоторых зарубежных мусульманских народов, в наши дни именуется словом «никаб». Стоит полагать, что следующий словарь отечественной академии наук, посвященный исламу, уже отразит данную трансформацию. Во втором значении термин «хиджаб» употребляется и в рамках настоящего поста.

«НОСИ ТОЛЬКО ТО, ЧТО ПО ДУШЕ!»

Глобальный смысл проводимой акции — научиться слышать друг друга, посмотреть на мир глазами своих оппонентов и через этот опыт проживания, возможно, переосмыслить свое отношение к хиджабу. Ведь, как известно, хиджаб — это единственный вид одежды, который вызывает жаркие споры в нашем обществе. Ни мини-юбки, ни пляжные бикини, ни панковские косухи — ничто так не волнует определенную часть россиян, как мусульманские покровы целомудрия, которые под разными предлогами определенные общественные деятели мечтают снять с верующих женщин. Лично у меня в данной связи всегда вызывало удивление две вещи.

С одной стороны, это надменное стремление одних определять стиль жизни для других. Почему кто-то считает, что он имеет право указывать другому человеку, как тот должен одеваться и строить свою жизнь? Если кому-то не нравится бандана, бейсболка или платок, то пусть не надевает это. Пусть носит то, что близко его душе. Но нет! Всегда находятся те, кто убежден, что все остальные должны одеваться так, как он считает для них приемлемым. С такими взглядами мы никогда не построим общество свободных людей.

С другой стороны, не меньше удивляет и нежелание некоторых мусульманок понять, почему в обществе именно они вызывают негативное отношение к себе. Многие люди хорошо относятся к исламу, к мусульманской культуре, но как только разговор заходит о хиджабах, их отношение резко меняется на противоположное. «Платочниц» (возник уже и такой термин) в нашем обществе жалуют далеко не все. Почему так происходит? Молодые мусульманки, как правило, над такими вещами не задумываются. А если и задумываются, то винят в этом кого угодно, но только не себя.

Давайте попробуем честно, «без купюр» разобраться в ошибках обеих сторон.

«СВЕТСКОСТЬ НЕ НА ГОЛОВЕ, А ВНУТРИ НЕЕ»

Противники религии находят в хиджабах несоответствие нормам светского общества. Но в чем на самом деле суть светского государства? По большому счету в двух вещах. В равноправии всех граждан (вне зависимости от их религиозных убеждений) и в принятии решений на рациональной основе, а не на основе цитат из Библии, Корана или других религиозных источников. И если мы в светском обществе провозглашаем право каждого самому решать, какую одежду ему носить, то ссылки на светскость в данном контексте в корне неприемлемы, ибо противоречат самой сути светского подхода. Светский — значит конфессионально нейтральный. Стремление же запретить людям носить хиджаб — это как раз антисветский подход, ибо предполагает религиозную ангажированность. Светским подходом в данном вопросе следует считать многовариативность одежды, допускаемую в обществе, признание за каждым без исключения права одеваться так, как он сам считает для себя нужным.

Светскость абсолютно не имеет отношения к тому, что человек носит или не носит на своей голове. Почему? Да потому, что головной убор — это вопрос личного характера. А светскость затрагивает публичное пространство. Вот если платок с головы перетекает внутрь нее, т.е. если чиновник начинает принимать общественно значимые решения, руководствуясь не рациональными соображениями и общими интересами, а своими личными религиозными убеждениями, тогда мы и можем говорить о нарушении светского принципа. То, каким образом принимаются решения, вот к чему должно быть приковано внимание всех нас, всех тех, кто стоит на страже светского государства. А что при этом одето на чиновнике — хиджаб, рваные джинсы, или галстук в горошек — не должно по большому счету нас волновать. Если же человек вообще не участвует в принятии государственных решений, то до его одежды нам тем более не должно быть дела. И все же многие считают, что общественное пространство должно быть полностью зачищено от хиджабов, ибо они являют собой атрибуты религии.

НЕСТЕРИЛЬНАЯ СВЕТСКОСТЬ

Понимание светскости как пространства стерильного от любых религиозных проявлений — крайне ограниченное видение социальной действительности. Историческое прошлое наших народов растворило религию в современной светской культуре настолько, что сделало ее неотъемлемой частью нашей жизни. Религия неразрывно связана с ней. По крайней мере на сегодняшний день. Почему противники хиджабов выступают только против женского платка? Ведь по их логике надо тогда бороться и с бородой, как в свое время это делал Петр I.

В исламе, например, борода признается традицией Пророка, а в православии брадобритие, насколько я знаю, некоторыми богословами приравнивается к содомскому греху. Другими словами многие люди, в том числе и чиновники, носят бороду исключительно по религиозным соображениям. Борода для верующих — это, так сказать, мужской вариант хиджаба. Почему в таком случае не пытаться ограничить наших граждан и в этом? Разницы, по сути, здесь нет никакой. Однако борода в госучреждениях почему-то никого не возмущает, хотя ее носят и попы, и муллы.

Столь избирательный подход в неприятии исключительно мусульманских платков на первый взгляд кажется странным. Однако подлинная причина этого кроется не в том, что платки несовместимы со светскими принципами, а в том, что данное отторжение вызывают порой женщины, их надевающие. Причина на самом деле здесь психологическая, а не юридическая. Мусульманкам стоит над этим призадуматься.

«ЭТО ОДНО, А ЭТО ДРУГОЕ»

Не секрет, что очень часто девушки в платках вызывают негатив лишь потому, что хорошо знают о своих правах, но не признают при этом за собой никаких ответных обязательств. Ведут себя так, будто все им все должны, а они сами — никому ничего. Нередки случаи и их пренебрежительного и даже агрессивного отношения к тем, кто не носит платки. Я сам не раз из их уст слышал рассуждения о том, что для женщины существуют лишь две альтернативы: либо хиджаб, либо беспутство. Они почему-то высокомерно считают себя особенными и лишь потому, что сподобились надеть платок, а всех остальных женщин, не носящих хиджаб, — автоматически порочным и развратными. Все это очень далеко от реального положения вещей.

Приведу один пример. Незадолго до войны мне посчастливилось побывать в Сирии. В целом это очень религиозная страна, про столицу которой — Дамаск — говорят, что в ней «между мечетью и мечетью стоит еще одна мечеть». Там их действительно очень много. При этом мы жили в районе, который даже на столь благоприятном фоне выделялся и назывался «Столпом веры» (рукн ад-дин), в атмосфере абсолютного религиозного благочестия и духовности. И вот однажды мы с друзьями решили съездить в соседний Ливан, куда добираться — всего несколько часов на машине. На обратном пути к нам в такси сел попутчик, чья жизнь резко контрастировала с той религиозной атмосферой, в который мы пребывали все последние дни. К нашему изумлению, он оказался тем еще ловеласом и всю дорогу нам рассказывал про свои обильные любовные похождения. Кульминацией его рассказов стал случай, который оказался шоком не только для нас, но и для него самого.

Как-то наш новый знакомый решил в Дамаске прибегнуть к услугам жриц любви. Будучи человеком опытным в подобных делах, он со знанием дела отправился на известную по этой части улицу, где похотливые мужчины могли без труда найти для себя все желаемое. И когда к нему вышла так сказать старшая в группе представительниц древнейшей профессии, даже этот видавший виды развратник был потрясен до глубины души. Она вышла к нему предлагать услуги своих подопечных в длинном широком платье и платке. «Ладно я, пропащий человек, — сокрушался наш случайный попутчик, — но как можно совмещать несовместимое!» «Это одно, а это совершенно другое», — невозмутимо ответила ему сутенерша, поочередно указывая на свое облачение и на девушек легкого поведения. Раздосадованный сластолюбец ушел прочь ни с чем, так и не сумев преодолеть своего отвращения.

МАСКА БЕЗНРАВСТВЕННОСТИ

Среди российских и татарстанских девушек, носящих хиджаб, увы, также случаются случаи недостойного поведения. В религиозной среде подобные примеры хорошо известны. Другими словами, хиджаб сам по себе — это не гарантия благочестия. Дело не в платке, а в самом человеке. Нашим самовлюбленным сестрам по вере, абсолютизирующим хиджаб, в данной связи можно задать вопрос, который многое ставит на свои места: «Что лучше: путана в хиджабе или целомудренная женщина без платка?»

Мусульманские богословы уже давно нашли ответ на этот вопрос. Не случайно они различают хиджаб на внешний и внутренний. Внешний хиджаб сам по себе — только фантик, значимость которого определяется лишь «начинкой» — хиджабом внутренним, т.е. совокупностью тех нравственных качеств, которыми должна обладать по-настоящему набожная женщина. Но именно этого зачастую и нет у некоторых девушек, надевших платок. Иногда вообще складывается впечатление, что хиджабом подобные девицы пытаются на самом деле спрятать серьезные изъяны в своем нравственном облике. Хиджаб в их исполнении словно маска, которая скрывает под собой не утонченные интеллигентные натуры, а грубых и неотесанных баб.

Увы, но подобные барышни не понимают таких элементарных вещей. Они порой ведут себя так, будто все остальные люди не стоят и одной нитки из их разноцветных шелковых платков. На какую ответную реакцию людей они в таком случае рассчитывают?

Именно от таких воительниц в платках страдают настоящие верующие мусульманки — те, кто всей душой принял Бога, кто не превращает свою религиозность в вызов обществу, кто стремится стать лучше, но не за счет принижения других. Таких мусульманок очень много. Их абсолютное большинство. Однако они становятся заложницами незначительной, но активно кричащей о себе группы своих единоверцев. А ведь, как известно, даже мизерная ложка дегтя порой может испортить доброе восприятие и целой бочки прекрасного меда.

ПРИМЕРЫ ИСЛАМФОБИИ

Как следствие всего выше сказанного — неверного понимания светскости и заносчивого поведения «платочниц» — в Татарстане мы периодически получаем сигналы, что хиджаб из просто одежды превращается в какое-то яблоко раздора. Так, некоторые практикующие мусульманки нашей республики жалуются, что отдельные работодатели не принимают их на работу только по одной причине — ношение платка. К сожалению, проверить, соответствует это действительности или платок лишь используется неудачливыми соискателями рабочих мест как повод оправдать свою профессиональную несостоятельность, не представляется возможным. Я полагаю, что отдельные случаи дискриминации практикующих мусульманок в их трудовых правах имеют место быть. Правда, доказать это документально невозможно, ибо платок никогда не указывается в качестве основания для отказа в трудоустройстве, что означало бы грубейшее нарушение российского законодательства. При этом многие девушки в платках успешно работают в разных учреждениях и организациях нашей республики. Все зависит от личной позиции руководителя и от самой девушки, а не только от норм закона.

Случаются исламофобские проявления и в некоторых учебных заведениях республики. Так, на днях академия социального образования в Казани приняла положения о внешнем виде своих студентов, согласно которым отныне им запрещается появляться в стенах вуза в шапках, кепках, бейсболках и платках. Конечно же, документ направлен в первую очередь против последнего. Именно поэтому руководство вуза вызывало на этой неделе к себе в кабинет не любителей бейсболок и кепок из числа своих студентов, а исключительно мусульманок, обучающихся в академии, и пригрозило им, что, в случае если они не снимут платки, их с 1 февраля перестанут пускать на занятия. Об этом студентки написали мне как члену Общественной палаты РТ в своем заявлении.

В телефонном разговоре руководство учебного заведения пояснило, что документ был разработан в ответ на требование прокурора РТ принять меры о недопущении в учебных заведениях пропаганды религиозной розни и чьего-либо превосходства. При этом они честно признались, что воспринимают ношение платка как инструмент разжигания межрелигиозной вражды, ибо он, по их мнению, проповедует неполноценность остальных людей. Странное, на мой взгляд, восприятие действительности и вполне справедливых требований прокурора. Каким образом личная одежда может быть проповедью чьей-то исключительности или неполноценности? Если кто-то носит галстук, то что, он теперь проповедник превосходства западной цивилизации над остальными культурами? А борода у верующего, стало быть, есть проповедь превосходства православия или ислама над остальными конфессиями?

Впрочем, нельзя исключать и того, что принятые вузом положения стали реакцией не столько на сам платок, сколько на вызывающее поведение студенток, его надевающих. А может, все дело здесь вообще в другом — в том исламофобском фоне, которые активно формируют некоторые СМИ, сея в людях неосознанный страх перед любым проявлением мусульманской религиозности. Увы, но реальность такова, что сегодня от мусульманок в платках ждут какой-то террористической угрозы.

«НАРОД ПЛОХОГО НЕ ПОСОВЕТУЕТ»

Всемирный день хиджаба — хороший повод навести мосты между разными кругами нашего общества. На мой взгляд, каждый из нас должен как аксиому осознать и принять очевидную истину о том, что все люди равны. Все мы слеплены из одного теста.

Отказаться от эксклюзивизма, религиозного или атеистического, — серьезное испытание для многих. Но если мы не найдем в себе сил для этого внутреннего прорыва, то несомненно усугубим раскол в нашей стране и вместо совместного созидательного труда будем тиражировать социальную напряженность и саморазрушение общества. В этом контексте абсолютно каждому из нас без исключения полезно вспомнить народную мудрость, призывающую не искать бревна в чужом глазу, но начать с соринки в своем собственном. Народ у нас мудрый. Плохого не посоветует.

Рустам Батыр,
п
ервый заместитель муфтия РТ, член Общественной палаты РТ

Оценка 5 проголосовавших: 1
ПОДЕЛИТЬСЯ

ОСТАВЬТЕ ОТВЕТ

Please enter your comment!
Please enter your name here